Елена и Антон-профессионалы на льду
Елена Бережная: «Я ненавидела быть такой, как все!»
Елена Бережная: «Я ненавидела быть такой, как все!»
 

     Уже несколько лет фигуристка Елена Бережная живет на две страны: в Англии — любимый муж, в России — работа. Во время очередного приезда в Москву олимпийская чемпионка 2002 года пригласила «ТВ ПАРК» к себе в гости — в московскую квартиру.

     — Елена, вы сейчас вовсю заняты шоу «Алиса в стране чудес на льду», эдакой новогодней сказкой для самых маленьких. Вспомните свои детские ощущения от новогодней ночи.

     — Для меня этот праздник был главным событием года. Я ходила на всевозможные представления — на работу к маме и папе, к себе в садик, а затем в школу. Мама обязательно шила мне карнавальный костюм и даже делала парики, если того требовал образ, ведь тогда, в советские годы, купить подобное было невозможно. На Новый год я представляла себя принцессой, иногда Мальвиной. Ненавидела быть такой, как все!

     «Ой, а что тут делают?» — оживился Тристан, увидев, как над мамой колдует стилист.

     — Сейчас твоя мама будет красивая-прекрасивая! (Корреспонденту.) У меня на голове столько «оборвышей» — от париков и начесов живого места не осталось. По окончании телевизионного проекта постригусь налысо!

     — Это шутка?

     — Нет. Ну, может, что-то на голове и оставлю, но сделаю очень короткий вариант.

     — Трудно совмещать роль мамы и известной фигуристки?

     — Конечно, тяжело. Но дети знают, что меня нельзя отвлекать. Поцеловали, немного пообщались —и до свидания! Они идут на трибуну. Но уже после съемок от меня не отлипают, висят как груши! (Смеется.) Впрочем, Тристан вполне самостоятельный: он всегда занят делом, берет с собой мячик, который с удовольствием гоняет весь день. Весь в папу — жить не может без футбола.

     — Ваш муж Стивен Казинс — восьмикратный чемпион Великобритании по фигурному катанию. В 2008 году он в паре с телеведущей Лерой Кудрявцевой участвовал в проекте канала «Россия» «Звездный лед». Да и вы трижды участница ледовых телешоу. Сейчас, к примеру, выступаете вместе с Игорем Угольниковым в проекте «Первого канала» «Лед и пламень». Говорят, это каторжный труд...

     — Нужно просто уметь относиться к действительности философски. Первую половину дня я посвящаю детям, а вечером спешу на тренировки с Игорем. Вообще, мне везет с партнерами — все адекватные, веселые, с ними легко работать. К примеру, Дима Билан (партнер по проекту «Звездный лед» на телеканале «Россия» в 2008 году. — Прим. ред.) такой весельчак! Он шел на всякие рискованные элементы. Мне, кстати, приходилось ездить с Димой на его гастроли, чтобы больше тренироваться вместе. К примеру, в Дубае на огромном катке.

     — Продолжаете общаться с партнерами после проекта?

     — С Мишей Галустяном (в 2009-м партнер по проекту «Ледниковй период-4» на «Первом канале». — Прим. ред.) все собиралась встретиться, но никак не получается. Но мы друг друга поздравляем с днем рождения. Мы оба октябрьские (Елена родилась 11 октября 1977 года, а Михаил 25 октября 1979 года. — Прим. Ред.). Не так давно ходила к Игорю Угольникову на спектакль.

     В процессе общения на Лене гирляндой висели дети. Теребили укладку, «поправляли» макияж, требовали игр и внимания. Уходили, возвращались. Тристан что-то доказывал на смешанном англо-русском языке.

     — А на каком языке вы с детьми общаетесь?

     — Папа говорит с ними по-английски, я — по-русски. Английского в их жизни больше, так как мы много времени проводим в Честере, где у нас дом. Сейчас у малышей «московские каникулы» по изучению русского языка.

     —А первое слово на каком языке они сказали?

     — Тристан — на русском, в то время мы были в Петербурге. Он сказал «мама», потом «мяч» и «ащина», что означало «машина». А Соня заговорила по-английски. И первое было «dady», то есть «папа», и «bye» — «пока».

     — А «мама»?

     — Увы, это слово было одним из последних. Ей больше доставляло удовольствие тянуть слог «da-da». Она поздно для девочки стала говорить, в год и три месяца.

     — Имена детям вы предпочли дать английские?..

     — Почему же?! София-Диана прекрасно звучит на русском языке. Еще до появления Тристана мне приснился сон, что у меня родилась девочка и я назвала ее Соней. Когда я действительно забеременела девочкой, другие варианты имен уже не рассматривались. В Англии второе имя нечто вроде нашего отчества, хоть его не употребляют, и мы долго над ним думали. Надо было найти что-то равноценное величественной Софье. И я вспомнила о принцессе Диане. Стивен пришел в восторг: «Вау, идеально!» Кстати, Соня родилась в Санкт-Петербурге, и мы ее зарегистрировали как Софию-Диану Стивеновну. Сонечке вручили медаль петербурженки от Валентины Матвиенко. Так что первая медалька в нашей детской копилочке уже есть!

     — У Тристана тоже двойное имя?

     — А как же! Тристан-Пол. Стивен, как и положено, второе имя дал в честь родственника, своего старшего брата. Я просила его лишь об одном, чтобы выбрал имя покороче, чтобы лучше сочеталось с «долгим» Тристаном.

     — Почему для родов второго ребенка вы решили выбрать Питер?

     — Напротив, мы хотели продолжить традицию и родить дочку, как и сына, в Англии. Но в посольстве до последнего тянули с визой. В итоге за три дня до вылета в Лондон у меня начались схватки. Я рожала в хорошем частном роддоме в десяти минутах ходьбы от нашего дома. Даже если бы эта клиника оказалась совершенно обычной, я бы все равно легла только туда. Мало ли что может случиться в крупном городе? Днем — пробки, ночью — разведенные мосты. Так что мы с новорожденной шли домой пешком. Был конец июня. Отличная погода!

     — Папарацци не досаждали?

     — Знакомые журналисты попросили разрешения на съемку, но толпы с камерами не было. Единственное, после родов я волновалась, что Тристан начнет ревновать. Ему всю мою беременность говорили про какую-то Соню, сидящую в мамином животике. И когда он нас встретил, то обнял сестренку, расцеловал. Так трогательно было. Но на этом любовь закончилась. (Смеется.) Тристан действительно стал ревновать. У нас двухэтажная квартира в Питере, и Тристан давно уже научился сам спускаться с верхнего на нижний этаж. Но как только появилась Соня, он начал ныть, хотел, чтобы я его взяла на руки, помогла сойти с лестницы. У них война за мое внимание. Драки!

     — А муж присутствовал при родах?

     — Мне делали кесарево сечение, и Стивена не пустили. Для меня это был шоком. В Англии, если женщина сказала «Any со мной» («any» — «кто угодно». — Прим. ред.), то ее слово — закон. Хоть два человека, хоть три будут рядом с ней во время операции. Тем более что я находилась в сознании, оперировали под местным наркозом. Соня родилась крошечной, чуть больше 2 килограммов. Врачи окрестили ее Дюймовочкой. А мы со Стивеном звали дочь Принцессой.

     — Скромно по сравнению с обращением к новорожденному Тристану…

     — Да, мы его звали Президентом! (Смеется.) Дело в том, что во время первой беременности я была депутатом Государственной думы Ставропольского края, мечтала о сыне, размышляла о будущем. И когда мальчик родился 7 октября — в один день с Владимиром Путиным, прозвище Президент напросилось само собой.

     — Тристан, как и сестренка, родился некрупным — 2 килограмма 650 граммов. Вы тоже при рождении были крохотной?

     — Нет, что вы. Я родилась стандартным советским ребенком — 3 килограмма, 50 сантиметров. В России и по сей день, по-моему, эти показатели не изменились. По крайне мере, одежду меньших размеров здесь почему-то принципиально не шьют. Крошечные комбинезоны и распашонки я смогла купить только в Англии. Зная эту проблему, в свое время отдала все маленькие вещи Тристана малышу Иры Слуцкой. А Сонины я оставила: девочка подрастает, кукол надо будет во что-то одевать. Смотрю на них и думаю, неужели эти миниатюрные ползунки на моем ребенке смотрелись большими?

     — Третьего ребенка не планирует?

     — Пожалуй, на двух детях я остановлюсь. Стивену всегда говорю, что у меня только две руки, трех малышей уже не удержу.

     — Врачи не запрещали вам рожать? В 1996-м вы едва остались живы. На тренировке Олег Шляхов, ваш первый партнер, во время исполнения элемента пробил вам коньком голову, повредив висок и оболочку мозга. Эта была травма из разряда не совместимых с жизнью. Но после проведенных нейрохирургических операций вам удалось подняться. Во многом благодаря вашем близкому другу Антону Сихарулидзе, который не отходил от вас в больнице во время реабилитации и с которым шесть лет спустя вы завоевали олимпийское золото.

     — Узнав, что беременна, я прошла всех специалистов, сдала кучу анализов и тестов. Организм оказался здоровым и крепким! Не выявили никаких противопоказаний для родов.

     — Тот роковой день вспоминаете? Часто снится?

     — Я стерла этот эпизод из своей жизни.

     — Стивен не ревнует вас к прошлому, к Антону? У вас ведь был многолетний роман!

     — Если ревновать, зачем жениться?

     — Все ждали, что ваш союз на льду перерастет в союз семейный.

     — Не дождались…

     —В одном из интервью Антон признался, что надо было сразу пожениться.

     — Как только завершилась наша спортивная карьера, мы стали отдаляться друг от друга. Я — домашний человек, а Антон любит общество, тусовки. Наши чувства не исчезли, они просто переросли в дружбу. Год назад Антон стал крестным моего сына, крещение проходило в Санкт-Петербурге.

     — Крестили обоих детей сразу?

     — Да. Тристан пищал-визжал, что его убивают: «Мамочка, спаси меня!» А Соня и звука не издала, хотя ее полностью опускали в купель, тогда как братика только окропили.

     — Сами вы когда крестились?

     — В 15 лет в Невинномысске. Я сама маму отвела в церковь, и она крестилась вместе со мной.

     — А у Стивена какая вера?

     — Не знаю. Он не религиозен.

     — Но ведь его первая жена была из религиозной семьи.

     — Поэтому он вдвойне это все не любит и не понимает — насиделся по воскресеньям на лавке в церкви… Но он не был против крещения сына и дочери. Я ему объяснила, что это не фанатизм, просто у них тогда будет ангел-хранитель.

     — В интервью «ТВ ПАРКУ» в 2008 году вы сказали, что на момент знакомства с будущим мужем вы уже не ждали любви и не смотрели на мир через розовые очки. Откуда взялся такой пессимизм?

     — Был период, когда начинать отношения не имело смысла. Четыре года в турах: бесконечные переезды, чемоданы, гостиницы и работа, работа, работа!.. В 2006-м мы вместе со Стивеном участвовали в зарубежном шоу «Stars оn Ice», тогда и начали общаться ближе, хотя я его помню по Играм-1994 в Лиллехаммере. Когда турне закончилось и нам надо было отправляться по домам, я сказала Стивену: «Приезжай в Россию, мы покажем тебе, как надо жить по-русски!» И он приехал. Я ничего не планировала, но интуиция подсказывала — что-то из этого выйдет.

     — Не было трудностей, связанных с разным менталитетом?

     — Нет, потому что мы из одной среды — фигурного катания. У нас все understand — полное понимание! Очень много общего. Он тоже рано покинул родные пенаты, уехал тренироваться в Канаду, бывал в Москве. У него тоже не было богатых родителей или бабушек-дедушек, которые оставили наследство. Кстати, у него в Канаде свой дом, но туда нам слишком далеко ехать, поэтому мы выбрали местом жительства Англию.

     — Вы поженились в 2009-м. Свадьба была традиционной русской — с выкупом, большим и шумным застольем?

     — Нет, организовывать торжество не было времени. Мы просто расписались в Англии. На церемонии присутствовали родители, Тристан и дядя Стивена, которому, кстати, 80 лет! На мне было обычное платье и обручальное кольцо из белого золота с камешком. Какие ощущения? Да никаких. Тристан орал, катался по полу. Я ждала, чтобы быстрее все закончилось. А когда мы пришли домой, то просто выпили немного шампанского, так как через час Стивену надо было ехать на работу, он участвовал в одном из ледовых шоу.

     — Бытовые проблемы не досаждают?

     — Я такая лентяйка, а он уберет, приготовит, в магазин сходит! Стивен рано стал жить один, поэтому привык к самостоятельности. А еще интересно, что Стивен любит мыть посуду руками. В Англии это целый ритуал — набрал воды, налил жидкость для мытья, моешь, вытираешь. У меня же просто нет столько времени, чтобы проводить его возле раковины. Просто нет. Я пользуюсь посудомоечной машиной. Кстати, Стивен отлично готовит ,и мы обожаем смотреть телевизионные кулинарные поединки

     — Стивен не собирается открыть свой ресторан?

     — Он говорит, что если бы был турнир среди поваров-непрофессионалов, с удовольствием бы принял участие в нем. Но с грустью признается, что многое выдумывает сам, не обладая никакими профессиональными знаниями. Для начала нам надо нынешнюю жизнь обустроить, а потом подумаем о ресторане.

     — Он будет в Англии? Или на вашей родине, в Невинномысске?

     — В Невинномысске у людей и так денег нет, зачем им в рестораны ходить. Я думаю, в Честере или Санкт-Петербурге. В Питере мы хотели открыть спа-бар, где можно будет себя и в божеский вид привести, и попробовать вкусняшки.

     — Раз заговорили о еде, то что предпочитает готовить Стивен? На завтрак у вас, как в кино, «овсянка, сэр»?

     — Никогда! Хотя Стивен и считает завтрак основным приемом пищи, он ненавидит овсянку. Мы предпочитаем омлет или яичницу. Мы практически не едим рыбу, у Стивена аллергия на нее. Если он хотя бы чуть-чуть попробует рыбу, то надо сразу вызывать «Скорую», поэтому мы — мясоеды.

     — Стивену Россия нравится?

     — Да, он отлично объясняется на русском, может в магазин сходить и не заблудиться. Стивен был у меня на родине, в Ставропольском крае. У нас весной, когда все расцветает, очень красиво! Да и Новый год мы отмечаем только в России, в кругу друзей. Все вместе после поздравления президента кричим «Ура!», потом вываливаемся на улицу и взрываем петарды. Отрываемся по полной программе, очень громко!



Чтобы посмотреть фотографии в большом формате, нажмите на них

Зифа Архинчеева
журнал «ТВ Парк», №51(868), декабрь 2010г.

 

ГлавнаяО Лене и АнтонеФотоальбомСтатьи и сюжетыПоклонникиВидеоархив 
ГостеваяФорумCсылки

Хостинг от uCoz