Елена и Антон-профессионалы на льду
Антон Сихарулидзе на радио "Рокс"
Антон Сихарулидзе на радио "Рокс"  

 

     Ведущие: - Здравствуйте, в эфире программа «Приметы времени». В студии Александра Ромашева и Александр Цыпин. Я с удовольствием представляю нашего гостя – Антона Сихарулидзе. Мне кажется, что наши петербуржцы, которые особенно болели за последнюю Олимпиаду, за нашу сборную, да и вообще, те, которые любители фигурного катания, у нас их все-таки в нашем городе очень много, знают это имя без всяких регалий. Но на всякий случай, если вдруг вы забыли, напоминаю что Антон Сихарулидзе в паре с Еленой Бережной олимпийский чемпион Солт-Лей-Сити по фигурному катанию, гордость нашего города. И в этом году во время Олимпийских игр в Турине Антон очень хорошо, на мой взгляд, комментировал все соревнования по фигурному катанию. И еще хочу сказать вам, уважаемые слушатели что, наверное, пол года я охотилась за Антоном, чтобы пригласить его к нам в программу. И вот это, надо сказать, было сделать очень трудно, потому что практически спортсмен, даже уйдя из большого спорта, из любительского спорта в профессионалы настолько востребован, что его невозможно застать дома. Здравствуйте, Антон!

     Антон: - Добрый вечер всем!

     Ведущие: - Добрый вечер! Как ваши дела?

     Антон: - Все очень-очень хорошо, настроение летнее, солнечное, слава богу, что к нам все же, в конце концов, пришло лето в гости, надеюсь, что у нас задержится подольше.

     Ведущие: - В чем секрет вашего симпатичного внешнего облика? Это очень важно для мужчины. Почему у вас нет живота? Вот объясните…

     Ведущие: - Такая шикарная осанка…

     Антон: - Ну, прежде всего, спорт конечно. Потому что когда ты двадцать пять лет занимался спортом, я думаю, что тяжело иметь какой-то непристойный внешний вид, тем более, таким видом спорта как фигурное катание. Я думаю, что это основная причина.

     Ведущие: - Готов поспорить. Вот вы знаете, недавно довелось побывать, не знаю, как сформулировать это, где танцуют пары, не на льду, а просто так. Это теперь уже тоже, почти как вид спорта.

     Антон: - Бальные танцы, наверное.

     Ведущие: - Да, да, бальные танцы. Очень красивое зрелище, но что вот сразу бросается в глаза, что спортсмены, участники, они могут быть… В основном мы, естественно, смотрим на девушек с вами, правильно?

     Антон: - Это само собой.

     Ведущие: – И они какие-то, знаете, вот такие и толстенькие чуть-чуть такие, как-то вот и попочки у них…

     Антон: - Ну, я ничего плохого в этом тоже не вижу. Они плотненькие. Они не толстенькие, они плотненькие.

     Ведущие: - Нет, я имею ввиду что, наверное, какие-то параметры стандартные, ноги может быть не такие длинные, как в других каких-то видах спорта, где это нужно, но при этом они очень пластичные и очень гибкие как циркачки, вот что-то вот такое.

     Антон: - У них просто своя специфика, свой, скажем так, вид спорта, по-моему, это сейчас уже даже видом спорта считается.

     Ведущие: - Мне кажется, что там животик вполне допускается, это было так приятно…

     Антон: - Но такой вид спорта, он тоже тяжеловесный, там тоже все в порядке с животиком и…

     Ведущие: - Вот что касается фигурного катания, то животик здесь явно излишество, потому что насколько я понимаю, я слышала даже такую поговорку, что вот почему фигуристы все такие злые? Почему- то считается, что вы злые мужчины, потому что приходится такую тяжесть таскать все время на руках.

     Антон: - Но не такая уж большая тяжесть, там килограмма 52-53, это не так много.

     Ведущие: - Но постоянно.

     Антон: - Но постоянно, да. Конечно же, партнерша помогает тебе потихонечку, но, конечно же, ее помощи всегда не хватает и ты всегда жалуешься, говоришь, что приходится всю работу брать на свои хрупкие плечи, но ничего страшного.

     Ведущие: - А можно задать такой глупый вопрос. Вот наш старинный друг Дмитрий Васильев, двукратный олимпийский чемпион по биатлону, привет ему, Дима, он только приехал из Америки, буквально три дня, не смог он сегодня приехать, может быть тоже тут поприсутствовал. Так вот, она рассказывал, что когда он тренировался по биатлону своему, у них были упражнения такие, когда берется просто какой-нибудь предмет, палка и тренируешь статику, чтобы мышцы не дрожали, целишься, грубо говоря, из палки в точку какую-то. Это вот одно из упражнений. Нет ли у вас такого, что вам дают мешок 52 килограмма… И на вытянутых руках возишь его сутками.

     Антон: - Нет, все дело в том, что в парном фигурном катании существует очень много различных упражнений, потому что все, что делается на льду, сначала учится в зале. Потому что невозможно ни одну поддержку, ни один выброс, ни один элемент парный сделать сразу же на льду, это будет два трупа сразу.

     Ведущие: - Скажите, а вот штангисты подходят, они вот руки в таком порошке…

     Антон: - У нас тоже существует, но только другая специальная жидкость. Она как дезодорант выглядит. Ты, скажем так, пшикаешь ее на руки.

     Ведущие: - Партнерша прилипает.

     Антон: - Я правду говорю. Руки становятся липкими и удобно держать партнершу. Потому что очень многие элементы исполняются на амплитуде и, конечно же, когда существует амплитуда и, все же 52 килограмма ты раскручиваешь, конечно же, тяжело просто пальцами, кистями удержать партнершу. И нужно ее какую-то сверхпомощь. Так вот эта вот жидкость является как бы сверхпомощью.

     Ведущие: - То есть такой вот клей «Момент». Перед каждым двойным тулупом…

     Антон: - Типа такого, да. Нет, нет, нет, как раз перед тулупом нам это не надо, это надо перед парными элементами. И ты это делаешь перед тем, как выходить катать программу. Он держится долго.

     Ведущие: - А вот есть какие-то запрещенные места, за которые нельзя держать партнершу?

     Антон: - Ой, есть, есть конечно. Сейчас, особенно по новым правилам, которые существуют, по-моему, два года, очень много тех мест, за которые нельзя поднимать партнершу, нельзя ее держать.

     Ведущие: - В смысле, это по правилам?

     Антон: - Это по правилам и поэтому поддержки оцениваются по охватам, на одной ли она руке, на двух руках, за бедро ты держишь или кисть в кисть. Поэтому очень-очень много правил придумали сейчас, конечно же, совершенно лишних, совершенно не нужных, но они существуют, поэтому и у спортсменов, и у постановщиков, и у тренеров голова болит в два раза больше, чем даже раньше.

     Ведущие: - А вот скажите, из пары фигуристов – фигурист-фигуриста, кому, в принципе, меньше повезло? Мне кажется, вот как-то мужчинам лучше. Вот взял, как выкинул ее, а она выкручивается там.

     Антон: - Я не знаю, кому меньше повезло, но единственное, что я могу сказать, в любом случае, партнер однозначно лидер в паре, потому что большая часть всех элементов все равно исполняется при основной нагрузке на партнера. Ну и опять же таки, партнер является, это на самом деле, как и в обыденной жизни, партнер он мужчина, он является и психологической опорой, и ты должен передать, конечно же, девочке и свой настрой, и свое настроение и тогда все будет ОК. А если ты сам дрожишь, то это все передается очень здорово. Более того, у тебя же постоянные идут хваты, ты постоянно ее держишь и через руки, через энергетику передается все.

     Ведущие: - А отображается ли это в зарплате?

     Антон: - Нет. Я все время говорил, ну почему же такая несправедливость, я тебя на руках ношу, а все пятьдесят на пятьдесят. Я считаю, что должно быть тридцать на семьдесят. Но так это и не получилось.

     Ведущие (друг с другом): - А в результате получается еще такая несправедливость, потому что смотрят то все равно больше на девушку, потому что она в красивом платье, потому что она в короткой юбке. - Кто смотри больше на девушку? – Все, общественность. - Ну знаешь, у нас есть такие слои населения, которые смотрят больше не юношу уже. Так что уже давай, не рассказывай эту дискуссию. – Хорошо.

     Антон: - Но, между прочим, очень большой слой населения, который смотрит фигурное катание, это как раз девушки. Поэтому парням тоже очень везет в этом плане.

     Ведущие: - Ну вообще, когда хорошие пары уже не различаешь кто там мальчик, девочка, настолько гармонично они смотрятся.

     Антон: - Вот в этом-то и вся фишка заключается.

     Ведущие: - Это уже класс.

     Антон: - В этом и есть уровень.

     Ведущие: - Вот только что играл Бил Хэйли «Rock around the clock». Очень известная композиция, которая, по-моему, часто используется в…

     Антон: - Да, много кто под нее катался, но это было тоже в далеком прошлом, потому что сейчас уже немножко другая музыка модненькая, скажем так, в фигурном катании. Но это была очень популярная мелодия.

     Ведущие: - А откуда берется мода на музыку? Вот интересно просто, когда смотришь, допустим, все используют саунд-трек к фильму Вангелиса «1392 год. Освоение рая», вот Колом знаменитый. Все по-разному монтируют и используют, потом на следующий год, из какого-то другого фильма.

     Антон: - Ну, во-первых, из кинофильмов, конечно же, очень удобно брать музыку, потому что есть фильм, который был, например, очень популярным, все знают о чем там речь. Все считают, что это будет обязательно лучшим результатом – тренер, хореограф и ты сам. Музыка – это очень серьезная проблема. Всегда ее в начале сезона, когда делаются все программы, идет очень большой спор до слез, до ругани, какая будет музыка, какая будет программа, потому что это очень-очень важно.

     Ведущие: - Скажите, а что зависит от правильного выбора музыки? Артистичность? Там вообще какие категории существуют в судействе? Извините серость мою.

     Антон: - Ну, прежде всего, музыка это же та история, которую ты будешь катать, то есть та программа, которую ты будешь катать. И тебе должно быть, во-первых, это интересно, во-вторых, это должно быть презентабельно, а в-третьих, судьи должны это съесть и должны поставить тебе за это оценку.

     Ведущие (между собой): - Ну послушайте, ну это вы лукавите, ну как можно выразить что-то в танце? Простите мне мою серость. – Саша, ты серый автомобильный человек. – я вот думаю, что сейчас очень много людей в автомобилях тоже присоединятся ко мне. Ну как вот вам скажут, например, вырази ненависть к теще. Как вы это выразите?

     Антон: - Нет, нет, нет. Берутся, например, два образа очень известных. К примеру, такая программа у нас с Леной была «Чаплин и цветочница». И, конечно же, она осталась у всех в памяти, это, наверное, программа вообще всей нашей жизни. И поэтому нам было интересно самим катать и мы понимали, что мы катали, потому что ими не может стать никто. Но какой-то дух Чаплина присутствовал, дух цветочницы присутствовал и людям это было очень близко и я знаю историю, когда люди просто плакали вообще. Потому что они пропитывались этим. Соответственно и музыка бралась из кинофильма «Чаплин». Вот, например, вот такой вот пример.

     Ведущие (друг другу): - Но потом, Саша, ты наверное не знаешь, что у нас в России очень хорошо развито такое искусство как балет. Ты когда-нибудь был на балете, знаешь…там тоже все через музыку выражают. - Согласен, не знаю, давай не будем мои пробелы обсуждать. Но кстати, наверное, вы правы, я сразу вот так вспомнил, предположим, «Красная шапочка». Наверное, можно одеть эту бедненькую 52 килограмма, как это, партнера, в Красную шапочку, а партнера волком.

     Антон: - Да, но это немножко диснеевский герой. Для серьезных программ олимпийских это не подходит. Но очень часто использовали, например, такие образы как Хулиган и барышня, значит, Ромео и Джульетта, конечно же, и что-то в этом направлении.

     Ведущие: - Красавица и чудовище.

     Антон: - Очень удобно, когда ты берешь какие-то образы, которые понятны людям, когда они врубаются, что происходит.

     Ведущие (друг с другом): - Давайте пойдем дальше. Предположим, Владимир Владимирович Путин и Джордж Буш. Ну да, так, наверное, трудно. – Саша, да тебя, наверное, пора уже пригласить консультантом в нашу новую Академию фигурного катания. – Ой, вы креативные, это от глупости. – Будешь креативить там, подавать идеи новые оригинальные.

     Ведущие: - Антон, я все-таки хотела поговорить по поводу прошедшей Олимпиады. Она еще, несмотря на то, что уже много других событий произошло, но Олимпиада в Турине как-то у нас болельщиков в сердце осталась до сих пор. Вот расскажите о ваших впечатлениях, чем она отличалась от той Олимпиады, на которой были вы, в Солт-Лейк-Сити, где вы победили.

     Антон: - Я был на двух Олимпиадах, между прочим.

     Ведущие: - Да, но вот именно на той, где вы взяли золото. Даю вводную, вот, например, наш друг Дима Васильев, сказал, что она была очень плохо организована т вообще у него впечатления остались неприятные по организации. – Не сколько неприятные, сколько он был удивлен некоторыми моментами. И разгильдяйство определенное.

     Антон: - Во-первых, я в первый раз был на Олимпийских играх не как участник, а как человек, который просто смотрел Олимпиаду и комментировал.

     Ведущие: - Могли позволить расслабиться.

     Антон: - Поэтому для меня эта Олимпиада была праздником. Мне понравилось абсолютно все. Более того, даже итальянское разгильдяйство, про которое Дима сказал, тоже мне нравилось из-за того, что в этом была определенная фишка, определенный дух Олимпиады. Потому что никто не знал, во сколько что начинается, никто не знал, что куда едет, но в этом и был весь интерес. То есть Олимпиада на самом деле должна проходить с какими-то острыми моментами, с какими-то необыкновенными происшествиями. Так все и было. И у меня очень теплое, очень яркое впечатление от Олимпиады. Ия на самом деле, наверное впервые в жизни ощутил, что Олимпиада – это правда большой праздник спорта, когда на самом деле колоссальное количество людей со всего земного шара приходят, болеют, радуются, плачут. Все это вместе, все эмоции, которые только могут быть и это все в одной точке мира и в этом участвуют все.

     Ведущие: - А вот скажите, а правда, что как что-то в воздухе весит действительно?

     Антон: - Однозначно. В воздухе висят нервы. Потому что у нас был однажды случай. Это было на чемпионате мира. Разминка одевалась, то есть я и еще три пары.

     Ведущие: - А что такое последняя разминка?

     Антон: - Последняя разминка, это как бы та разминка, которая сейчас будет разыгрывать медали. Кто-то из нас четверых был бы чемпионом мира. И зашел наш доктор.

     Ведущие: - Слушайте, как вы это выдерживаете вообще? Ужасно.

     Антон: - Мы сидим, завязываем коньки, а в раздевалке тишина гробовая и слышно только как чуть-чуть работает такой, знаешь, кондиционер, так тшшшшш. И доктор постоял, постоял, он видимо хотел как-то побыть рядом, поддержать меня, потому что у нас такое существует… Он послушал, постоял, постоял и потом говорит: «Вы знаете, ребята, у вас тут такой звон нервов, что мне здесь делать нечего, у меня сейчас будет инфаркт». Он просто вышел оттуда. Поэтому, на самом деле, у нас по-настоящему в воздухе витает серьезный такой запах нервов. Я всегда говорил, что когда проходят крупные турниры, витает запах нервов и духов.

     Ведущие: - А как вы боритесь с тем, чтобы…Как вообще можно выйти и… Как вынести напряжение? Как вы спите еще перед этим? Как после засыпаете?

     Антон: - Очень многие спортсмены, на самом деле, самого высокого уровня, работают с психологами. Это вообще абсолютно нормальное явление. Потому что без этого в принципе никуда. Потом в этом то и заключается мастерство и величие спортсмена, в том, что со временем он приобретает опыт, это не только опыт исполнения элементов, преподносить себя научиться нужно, но и точно так же нужно уметь соревноваться. В спорте существует такое понятие – есть спортсмены плюс старт, а есть минус старт.

     Ведущие: - Мы говорили об Олимпийских Играх и о том, какой дух нервов, звон нервов витает там. А вот смотришь когда уже награждение происходит и все так улыбаются, друг друга целуют. И те, кто проиграл, тоже улыбаются, типа нет ничего лучше, как третье место, бронзу завоевать. И только по-моему один человек, который показывал свои негативные эмоции – это была Ирина Слуцкая на последних Олимпийских Играх да и на предпоследних, впрочем, тоже. Было видно, что человек реально расстроен тем, что она проиграла. А все остальные улыбаются так, рады, поздравляют друг друга. Интересно просто представить. Все равно вы сталкиваетесь со своими конкурентами в том числе и по сборной по одной, и их других стран с представителями фигурного катания. Вы только на соревнованиях становитесь конкурентами или вне соревнования происходит тоже какая-то борьба.

     Антон: - Очень разные у всех отношения. Очень разные. Бывает, даже ребята дружат. Очень много друзей у меня было. Не важно, конкуренты, не конкуренты. Бывает ненависть, бывает, люди даже не разговаривают, не здороваются. Это абсолютно нормальная жизнь. Всё как и в жизни. То есть, бывает, дружат, бывает, любят, бывает, ненавидят. Поэтому однозначно сказать невозможно. Но конечно же на льду, когда ты выходишь на лед, ты не думаешь, что это твой друг катается. Ты конечно же за него особо не переживаешь, потому что у тебя есть свои задачи, у тебя есть цель впереди и ты должен выходить и выигрывать. Поэтому именно во время турнира, во время самих соревнований такие ощущения, такие отношения пропадают и остается только азарт, остается только спорт. Я думаю, это абсолютно нормально. Это называется спорт.

     Ведущие: - Как раз на той Олимпиаде была парадоксальная ситуация, когда вручили второй комплект золотых медалей канадской паре, и мы просто все восхищались, насколько вы с достоинством выдержали всё это.

     Антон: - Вы знаете, по большому счету мне ничего плохого и не было. Потому что ещё ни одного человека за всю историю не было, который постоял на одной Олимпиаде за один и тот же вид спорта, получая медали, два раза. Это просто интересно было мне.

     Ведущие: - Кстати, вы в Книге Рекордов Гиннеса есть в этом смысле?

     Антон: - Нет пока, но по сути, в Книге Рекордов Гиннеса мы должны быть вместе с канадскими ребятами, потому что такого ещё не было, насколько я знаю.

     Ведущие (между собой): - А как вообще получилось такое? Освежите в моей памяти, которая ничего не помнит про это. - Ну, они выиграли, а потом те, кто ставит ставки и так далее (ведь в Америке у них всё по-другому, чем у нас), началось… Ведь не сами же фигуристы ходили и просили: «дайте медальку», «дайте медальку»… - Мы не знаем, пусть нам Антон сейчас скажет…

     Антон: - В любом случае, если вспоминать ту Олимпиаду, история была, во-первых, интересная. Во-вторых, я не могу сказать, что я сильно жалею, что это было, потому что если бы не та история, может быть, не было бы той известности, того интереса общественности к нам. Потому что мы, когда смотрели американские газеты, на первой странице сначала были мы с канадцами, а потом президент Америки. Сама история вообще запутанная. Я, честно говоря, даже не могу толком сказать, кто был в этом заинтересован. Но вообще было много заинтересованных лиц, потому что Олимпиада получилась громкая из-за этого случая, яркая, с какими-то рваными, интересными событиями. И устроителям ледовых шоу, и вообще всем это было по идее выгодно и интересно, потому что конец-то какой был? Примирение, дружба, отдали ещё одни золотые медали, все целуются, у всех слезы, все довольны, всем хорошо, миру мир!

     Ведущие: - Слушайте, может быть это новая методика проведения: всем участникам по золотой медали, все поцеловались, выпили, закусили?

     Антон: - Можно тогда и не кататься. Всем по золотой медали, выпили, закусили и всё.

     Ведущие: - Тем не менее, когда вы тренируетесь, существует ли у вас какой-нибудь специальный мастер-класс, когда нужно три шага, потом подняться на верхнюю ступеньку, там стоять по стойке «смирно», руки опустив по швам, потом наклониться, когда к вам подойдут, затем…на втором куплете гимн…

     Антон: - В основном, не существует, потому что это все приходит с опытом…

     Ведущие: - Какой опыт?! Не смейтесь! У вас что опыт в получении золотых медалей?

     Антон: - Ну конечно, у нас опыт получения золотых медалей, потому что у нас золотых медалей, я не знаю, двадцать с лишним штук. Поэтому всё действительно приобретается с опытом и ты потом, например, сам смотришь по телевизору, как ты себя вел и потом что-то корректируешь, или какие-то люди, которым ты доверяешь, тебе говорят: «Антон, тут вот чуть-чуть не так, тут чуть-чуть не так…».

     Ведущие: - Этикет какой-то?

     Антон: - Этикет такой, потому что нельзя вести себя просто так, как ты хочешь. Потому что когда не тебя смотрят пол земного шара, ты не можешь думать только о себе и говорить: «Да я такой, я так себя веду, и это вообще мое дело и не хочу ни с кем считаться». Потому что в любом случае существует этикет. В любом случае существуют зрители, болельщики и прежде всего, это те люди, которые на самом деле тебя любят, это те люди, которые платят деньги, которые ты получаешь. Поэтому ты должен относиться к ним с уважением и дарить им праздник и в виде того самого этикета и отношения к ним.

     Ведущие: - Антон, ещё хотела бы спросить такую вещь: когда Вы стали Олимпийским чемпионом, Вам было сколько лет?..

     Антон: - Ой, да мне было прилично уже лет. Это когда было-то? В 2002 году…

     Ведущие: -Я Вас умоляю. 25 лет.

     Антон: - 25, да.

     Ведущие: - Ну вот, я Вас умоляю, прилично сколько лет. 25 лет. Вот Женя Плющенко получил Олимпийское золото в 23 года. Вот, Олимпийское золото…Получается, Вы в 25 лет добились всего, чего могли. Также как я сравниваю с Женей Плющенко…его победу. Что дальше-то? Понимаете, он же получил практически всё, он достиг таких высот, что… Человек, может быть, идет к этому всю жизнь, а Вы в таком юном возрасте, когда ещё характер формируется и будущее закладывается, уже получили многое. Как дальше?

     Антон: - Знаешь, нам повезло с нашим видом спорта, потому что у фигурного катания есть продолжение после спорта. Существует профессиональный спорт. Что такое профессиональный спорт в фигурном катании? Это тогда, когда ты уже не имеешь права участвовать в любительских соревнованиях (это чемпионаты Европы, Мира, Олимпийские Игры), но ты можешь участвовать в профессиональных чемпионатах мира, ты можешь участвовать в любых шоу, которые существуют, и …

     Ведущие: - И зарабатывать деньги.

     Антон: - Да, и зарабатывать деньги. Основной заработок у фигуристов наступает после окончания любительской карьеры. И как раз твои результаты, твои медали будут влиять на твой заработок. То есть, выше предела Олимпийского чемпиона нет, ты будешь получать больше всех. Потом чемпион Мира, и так далее, и так далее. Существует определенная градация и от этого зависит твой заработок. Грубо говоря, любительский спорт в фигурном катании – это школа, точнее, это институт, чтобы потом пойти на работу и зарабатывать деньги.

     Ведущие: - Так мало показывают этих профессиональных соревнований, выступлений! Последнее время, к счастью, хоть что-то стали мы узнавать, видеть тех людей, за которых мы болели несколько лет назад. А так, люди уходят из большого спорта, вот ваша пара, допустим, и хочется облиться слезами, что мы вас больше никогда не увидим, всё равно, что куда-то провожаем на тот свет и люди как пропадаю. Это такое только у нас в стране?

     Антон: - Да, конечно же. Но сейчас существует очень много шоу, которые проходят по России. И спасибо организаторам, которые это делают, потому что сейчас россияне могут видеть шоу супер-уровня. Вот сейчас буквально две недели назад мы только закончили тур по городам России. Там было 32 города, если я не ошибаюсь. И это феноменально, потому что такого не было никогда! Более того, с каждым годом география этих туров по России увеличивается и расширяется. На следующий год планируется уже более 40. И я считаю, что это большой плюс. Более того, поездив сейчас по всем городам России, в которых мы были, я понял, что существует колоссальный интерес. Практически во всех городах был биток.

     Ведущие: - Например? Какие города?

     Антон: - Я ж сказал, 32, я прямо не могу сейчас…

     Ведущие: - Но всё-таки Москва и Петербург – это не Россия…

     Антон: - Нет, помимо этого и Сибирь, и Краснодарский край, и… ну, 32 города. Поэтому, интерес существует, люди любят, люди знают, люди ждут, и это самое-самое главное для нас.

     Ведущие: - Так, Олимпийские игры немножечко вспомнили. Кстати, как Вы относитесь к тому, что в Сочи собираются сделать Олимпийские игры?

     Антон: - Было бы здорово, потому что я ещё раз говорю, я ощутил на себе в этом году тот праздник, который дарит Олимпиада для тех людей, которые приходят смотреть болеть. Было бы здорово, если бы в России, в Сочи в 2016 году состоялись бы Олимпийские игры, и я всецело это поддерживаю.

     Ведущие: - А как вы думаете, состоятся?

     Антон: - Это очень сложно сказать, потому что это серьезный, большой вопрос, и не мне его решать на сегодняшний день, но я поддерживаю.

     Ведущие: - А вот по поводу прессы хотел спросить. Наверняка у вас очень часто берут интервью, может быть не такие разгильдяйские, как наше сегодня, а более так распланировано (но от этого, мне кажется, у нас по-своему интересно)… Я собственно, что хотел спросить: западные журналисты и наши журналисты - есть какое-то отличие? Предположим, на Западе спрашивают все одно и то же: сколько Вам лет, есть ли у вас собака/кошка? А наши как-то… Или наоборот, например?..

     Антон: - Ну, по большому счету, все спрашивают одно и то же. В основном интересуют определяющие такие вопросы тех людей, которые читают, тех людей, которые смотрят. И я не могу сказать, что есть какая-то большая разница. Другое дело, что на Западе постоянно всем интересно: «Ой, а Вы какой там, в России?», «вот как вот там, в России?», «кто Вы там, в России?». Это часто звучит в вопросе. Подразумевается, как к вам там относятся, носят ли вас там на руках или бьют ногами.

     Ведущие: - И что отвечаете?

     Антон: - Я в основном отвечаю, что существует определенная известность, существует определенное отношение. Но это не то преклонение, которое есть в Америке, к примеру, перед Майклом Джорданом.

     Ведущие: - А есть такое преклонение?

     Антон: - Конечно. Он является, не знаю, кем…Его знает каждый, по-моему. Они могут не знать президента страны, но Майкла Джордана они точно знают.

     Ведущие: - А нет ли в этом доли средств массовой информации в качестве промоушена этого артиста?

     Антон: - Ну конечно есть. Потому что это спортсмен. Более того, на этом имени другие люди зарабатывают сотни миллионов долларов. Поэтому это выгодно всем.

     Ведущие: - А какой вопрос самый отвратительный, который Вы ненавидите во всех интервью? Ну Вы, человек воспитанный. Вам задают вопрос: «А вот это? А вот это?». А вы: «Какая Вы сволочь! Опять спросил эту гадость!», но из вежливости Вы отвечаете.

     Антон: - Ты знаешь, не могу вот так прямо ответить, потому что не знаю… Нет такого, по большому счету.

     Ведущие: - Перефразируем. На какие вопросы неприятно отвечать?

     Антон: - Неприятно отвечать, наверное, на вопросы, касающиеся денег. Потому что это достаточно часто интересует. А это тема такая достаточно закрытая у нас, потому что если в спорте, и в фигурном катании, и другом виде спорта, существуют определенные контракты, они раскрываются, они всем известны, то в профессиональном фигурном катании всё достаточно закрыто. Никто не знает, сколько зарабатывает сосед, никто этого не знает, и никто этого не должен знать. Конечно, догадываться – догадываются, но никто не будет раскрывать, потому что это очень большая работа – и агентов, и твоя – по тому, чтобы привлечь к себе как можно больше денег, и никаких ставок определенных ни у кого нету. Это у каждого свое.

     Ведущие: - Тогда спросим типичный, рядовой вопрос. Есть ли у Вас кошка, собака, хамелеон, попугайчик, хомячок?..

     Антон: - У меня у родителей, у мамы есть чихуа-хуа, собака.

     Ведущий: - Кто?

     Антон: - Чиа-уа.

     Ведущие: - Это маленькая такая?

     Антон: - Маленькая такая, очень злостная собака, которая постоянно кусает.

     Ведущие: - Но она чувствует, что у нее родственники Вы?

     Антон: - Она вообще ничего не чувствует, потому что ничего не хочет чувствовать. Она хочет только есть и ходить в туалет.

     Ведущие: - Наша программа называется «Приметы времени». И сейчас основная примета времени помимо Саммита Большой Восьмерки и тому подобного – Чемпионат Мира по футболу. Вы болеете за кого-то?

     Антон: - О yes. Я да, я очень люблю футбол и, конечно же, может, это никого не удивит, но мне нравится, как играют бразильцы. Я понимаю, что они сильнейшие, но мне просто нравится их сам дух, мне нравится отношение к футболу. Мне нравится то, что они не работают в футболе, а они играют в футбол. Они играют в футбол. Это настоящая игра. У них отношение друг к другу, отношение к этой игре, отношение к болельщикам…У них шоу… Мне нравится!

     Ведущие: - Давайте предоставим Вам право торжественно объявить в нашем эфире счет матча «Украина»… с кем она там играла?

     Антон: - С Испанией. К сожалению, 4-0. Ах. «Аргентина-Ямайка: 5-0».

     Ведущие: - Вот правильно Антон говорит. Бразильцы, они действительно такие как бы негритянские, но в то же время они и латинос. Очень такая интересная смесь, красивая. Плюс у них очень красивый, цветастый флаг.

     Антон: - И ещё так получилось, что у них игроки все - звезды, и они все яркие очень личности. То есть один такой, другой такой. Один с зубами, другой с косой, третий… у третьего фамилия Кака. Там ещё что-то. У каждого что-то есть интересное.

     Ведущие: - Хотелось ещё спросить. Вот футбол – наша народная игра. Есть ещё. А правда, что фигуристы с хоккеистами всё время воюют?

     Антон: - Фигуристы с хоккеистами – обалденная дружба. Я знаю практически всех хоккеистов, которые играют в NHL (то бишь в НХЛ), и у нас большая дружба много-много лет.

     Ведущие: - А бывает так, что они к Вам приходят и говорят: «Антон, слушай, одолжи коньки сегодня».

     Антон: - Нет, потому что в фигурном катании и в хоккее абсолютно другие коньки. Такого не может быть.

     Ведущие: - Как ты тогда, Антон, расцениваешь проигрыш наших? Такое неудачное выступление хоккеистов на последних Олимпийских играх…

     Антон: - Ну я не могу это расценивать, потому что я со всеми со всеми дружу, я много-много лет их знаю. Более того, я считаю, что каждый из них в отдельности великий игрок. Ну просто не получилось всем великим сыграть вместе и дойти до финала. Но зато какой был матч с канадцами! Я сам там присутствовал, и это была настоящая холодная война такая на льду. Ледовое побоище.

     Ведущие: - А вот очень интересно… Извините, можете не отвечать, конечно. Если идет силовая борьба - морды бьют друг другу – там русским матом ругаются, или уже английским (shit, shit, shit, shit)?

     Антон: - Я думаю, что когда играют в Америке, наверное shit, shit, shit, shit.

     Ведущие: - А когда наша пятерка, тройка наши русские. Наверное, нашим понятнее всё-таки там…

     Антон: - Я думаю, что да. Но я этому внимания особо не уделял. Потому что это спорт. И конечно же существуют и такие эмоции. Без них никак. Более того, мы за это спорт и любим, потому что там существует полный набор эмоций.

     Ведущие: - Вот интересно, кстати, полный набор эмоций наблюдать у фигуристов. Особенно когда показывают близким планом тренера. Хотелось бы уже перейти к тренеру. Как поживает ваш замечательный тренер Тамара Москвина?

     Антон: - Ой, Тамарочка – это наш тренер, наш коллега, наш наставник …

     Ведущие: - Она слушает нас сейчас?

     Антон: - Она сейчас, по-моему, уехала первый раз за не знаю сколько времени. Наверное, не слышит, но в любом случае, я её обожаю. Это человек, который для меня являлся не только тренером, являлся для меня на самом деле наставником. Сейчас я могу сказать (это она говорила), коллегой, и просто человек, который помогал нам просто по жизни, и помогал психологически, и в плане спорта. И на самом деле, мы во многом обязаны ей.

     Ведущие: - Вот Антон, ты сказал интересную вещь вне эфира, что когда спортсмен выходит на определенный уровень, уже тренер – это не тот человек, который показывает ему элементы, с плеткой стоит. Это уже как мать, как отец.

     Антон: - Ну конечно, когда спортсмен уже на высочайшем уровне выступает, когда он делает элементы, которые уже не доступны для взрослых тренеров, которые такие элементы никогда не делали, конечно, они понятие имеют, как такие элементы делать. Но там уже настолько тонко срабатывают ощущения партнера, партнерши, ощущения всего-всего-всего, что кроме вас двоих это уже никто не может сделать и туда влезать даже бесполезно, но в этой ситуации тренер нужен больше как человек, который будет все координировать, который будет составлять и подправлять программы, которые уже сделаны, как-то составлять график… Даже график спортсмены уже сами составляют, но это всё нужно как-то координировать. Более того, ты всегда чувствуешь, что у тебя за спиной есть спина, которая будет всегда за тобой.

     Ведущие (между собой): - К тому же всегда видно, особенно в нашем фигурном катании (не знаю, я тоже не такой большой знаток), но почерк тренерский именно Тамары Москвиной всегда можно узнать. Наша молодая пара появилась – Юлия Обертас и Славнов. Что-то вот такое есть, именно от Москвиной наверное. Вот какова всё-таки роль личности? Роль личности всегда важна…- Я всегда считал, что есть тренер и на этом всё. Ну может быть, охранник. А с удивлением узнал, что есть ещё визажисты, врачи и хореографы (вот это меня поразило).

     Антон: - Да, на пути пары серьезной это огромная команда, потому что путь, во-первых, длинный, во-вторых, присутствует и постановщик программы, который компонует всю программу, и человек, который потом с тобой это все отрабатывает – хореограф, и тренер (иногда и два тренера). Потом, существует психолог, врач. Очень много людей в этом во всем задействовано. Существуют люди, которые шьют костюмы (про это никогда нельзя забывать, потому что это неотъемлемая часть

     Ведущие: - А люди, которые коньки точат?

     Антон: - Существуют люди, которые коньки точат. Существуют люди, которые коньки ставят, потому что ботинки с коньками отдельно. И для того, чтобы тебе было удобно кататься, нужно под твою ногу, под твои стопы специально выставлять лезвия под ботинок, чтобы центр тяжести… Потому что у одного ноги кривые сюда, у другого – туда. У одного одна нога короче, другая длиннее. Существует куча способов: подкладки делаются… Это тоже целая индустрия, потому что коньки и лезвия у фигуриста – это как я не знаю что…Но это святое.

     Ведущие: - А может, действительно от этого очень серьезно зависит результат?

     Антон: - От этого зависит результат очень серьезно, потому что это твое удобство. Ты не можешь взять любые коньки и на них кататься. Потому что к примеру, у профессиональных спортсменов, у больших спортсменов ботинки… Такие ботинки не продаются нигде, ботинки делаются по слепку стопы: где у тебя кости, где у тебя мозоли какие-то, которые наработаны за 25 лет и которые не вырезать никогда уже. То есть ботинок делается по слепку ноги, это всё очень-очень серьезно.

     Ведущие: (между собой) - Антон, вот мы как-то уже определились с тем, откуда берутся тренеры. Ну, в принципе это очевидно. Как правило, это спортсмены уходят. Это только тебе очевидно. Ну как, потом профессиональный спорт…А может есть институт какой специальный…а потом многие становятся тренерами. Предположим, как какой-нибудь… Да сейчас тебе, это призвание.

     Антон: - Да, тренер - на самом деле это призвание, потому что не каждому спортсмену, даже великому, скажем так, это во-первых удается, когда он это пробует. Ну а основное, это то, что не каждый спортсмен еще и хочет этого. Потому что например мне на сегодняшний день не хотелось бы работать тренером, потому что итак уже 25 лет я провел на льду и сейчас хотелось бы чем-нибудь другим заниматься. У меня вот такой подход, но есть например люди, которым хочется быть потом тренерами, которые хотят воспитывать опять же таки легендарных спортсменов или наоборот тренировать детишек, у каждого свое, поэтому тут однозначного ответа нету – как становятся тренерами. Это просто реальное призвание, это по-настоящему человек любит и хочет это делать.

     Ведущие: (между собой) - А вот подожди, подожди, Сань. Начинается. Вот это подводка такая была. Я сейчас выключу тебя, я сейчас тебя выключу. А откуда берутся судьи в фигурном катании?

     Антон: - А вот этого я вообще не знаю, откуда берутся судьи. Они сами не знают, откуда они берутся, в том-то и дело. Это очень сложный вопрос, потому что я по-настоящему никогда не задумывался, откуда они берутся.

     Ведущие: - А вы их видели когда-нибудь в лицо? Хоть одного?

     Антон: - Нет, конечно, я их всех видел, я их всех знаю, но я думаю, что судьи в основном это – кто бывшие тренеры, которые стали потом…сдавали какие-то определенные курсы, там у них целая история существует – семинары и так далее, и становятся судьями. Мне даже…я никогда себе, кстати, такой вопрос не задавал, очень интересный вопрос – откуда они берутся.

     Ведущие: - Да, вот просто интересно, потому что они какие-то…, вот как правило я себе представляю – это вообще такие полулюди, какие-то биороботы сидят, т.е. в принципе они должны отключить все человеческое. Хотя с другой стороны, ничто человеческое не чуждо

     Антон: - Это невозможно

     Ведущие: - Конечно, да. И выставляют оценки. Теперь вот еще система судейства, Саша, да будет тебе известно, изменилась. Она усложнилась как-то там. Вот кстати, вот твое к ней отношение.

     Антон: - Да, раньше была система судейства, которую, я думаю, что знают очень многие люди. Значит, 6.0 максимальная оценка была и все говорили: «О, 6.0, значит молодец». Сейчас вообще какие-то баллы несуразные. Я сам до конца даже и не знаю этого, потому что я по новой системе уже не катался. И мне, например, новая судейская система абсолютно не нравится, потому что мое впечатление такое – фигурное катание это не только вид спорта для судей и для спортсменов, это вид спорта для зрителей. Зритель должен быть непосредственным участником мероприятия и раньше зрители знали: «Так, он вот так вот откатался, я бы поставил 5.9», а другой говорит: «Я бы поставил 6.0». И зрителям почему было интересно? Потому что они реально участвовали в событие, в глобальном событие. А сейчас они смотрят на табло и там 121,2. Я сам не знаю что это такое.

     Ведущие: - За что-то прибавили, за что-то убавили, непонятно.

     Антон: - За что-то убавили. Потом существует определенные там эквиваленты у определенного элемента, уровень элементов и это знают на самом деле только судьи. Более того, я не думаю, что все они вообще толком еще понимают что происходит. Поэтому на мой взгляд настоящая судейская система, она создана для того, чтобы, например, те моменты, которые раньше вскрывались, да, когда кому-то ставили неправильные баллы, что-то такое, и люди могли оспорить. Сейчас они толком не могут оспорить, потому что они даже и не понимают что это за баллы.

     Ведущие: - А ведь это началось-то все, вот эта новая система судейства вошла как раз в обиход, вот после того, Антон, как ты стал чемпионом олимпийским.

     Антон: - Да…

     Ведущие: - Так что можно тебе спасибо за это сказать.

     Антон: - Да, в том-то и дело, что это как раз таки после этого и была изменена судейская система. Но к этому вообще, честно говоря, шло уже давно, очень много было кривотолков на эту тему. Более того, эта система готовилась много-много лет, потому что это ж тоже не так просто, она разрабатывалась специально. Но мне сложно что-либо сказать, еще раз, одно могу сказать, что на сегодняшний день, как я вижу, может быть она хорошая, может быть она плохая, нужно чтобы прошло еще немного времени. Но она однозначно пока что не самая выигрышная для зрителя, для человека, который не является специалистом, а который просто наблюдает и хочет участвовать в соревновании. Она не самая выигрышная.

     Ведущие: - Вот у Димы Васильева, неоднократно мы к нему сегодня возвращались, и я спрашивал и Саша тоже, вот по поводу его накопившейся усталости за вот эти вот годы. Потому что он сам иногда говорил, что я, что мне иногда снится, что я вот бегу какую-то утреннюю пробежку 15 км или еще марафон на 50 км. Все это с винтовкой или с лыжами и тому подобное. Это вот профессиональный спорт. Вы же соответственно такого же уровня как минимум человек.

     Антон: - Да, но более того, у меня он пока что еще и продолжается, потому что у меня за этот сезон было более 110 выступлений.

     Ведущие: - С ума сойти.

     Антон: - Это с августа месяца. Поэтому у меня все еще и продолжается. И мне уже не снится это, потому что у меня это каждый, ну не каждый день, но зачастую и каждый день происходит, поэтому мне уже это не снится, я просто встаю и иду, и выполняю свою работу. Но конечно же после спорта, на самом деле большие спортсмены и те спортсмены, которые много были в большом спорте, те, которые много добивались, те, которые много расходовали энергии и психологической, и физической, они должны восстанавливаться не месяцы, а годы, просто годы. И я думаю, что когда мы закончим спорт вообще, все равно еще пройдет много-много времени, когда все утрясется, когда мы полностью восстановимся. Потому что сейчас, например, когда у меня есть свободное время, у меня непонятное ощущение в голове – я куда-то должен идти, я что-то должен делать. То есть у меня например товарищи мои скажут: «Да ты спокойно сядь, расслабься, посиди, отдохни, чего, какие проблемы, тебе вот сегодня, именно вот в эти минуты, в эти часы например никуда не надо куда-то идти». А я все равно не могу сидеть, я понимаю, что так – мне надо что-то делать, я куда-то должен идти, значит у меня должно быть расписание, у меня все должно быть четко по расписанию.

     Ведущие: - С 4 лет такая жизнь.

     Антон: - Да, с 4 лет. И конечно же…

     Ведущие: - То есть детства не было.

     Антон: - Детство у меня было, но оно было на катке. Но я не могу сказать, что мое детство было хуже, чем детство других ребятишек, потому что ведь мы точно так же играли, но только помимо этого, понимаете, когда мы катались, это не было таким супер серьезным мероприятием для меня в голове, это для меня была какая-то игра. Да, конечно же я не хотел ходить каждый день по два раза на тренировку, и конечно же родители меня заставляли это делать, но все равно, когда мы приходили туда, там был твой круг общения, такие же детишки, которые катались с тобой. И мы там и играли, и занимались собой, то есть это тоже было определенного рода детство. Но я могу сказать о тех плюсах, которые в таком детстве есть. Мы с детства учились работать, мы с детства понимали, что для того, чтобы например что-то сделать, нужно поработать, нужно попадать, нужно поплакать и потом, может быть, у тебя что-то получится. Т.е. в этом тоже есть определенная изюминка.

     Ведущие: - А вот минусы, вот в вашей жизни такой сумасшедшей. Т.е. вот вы не можете придти домой, купив по пути, скажем, литр виски, сесть там, выпить, посмотреть там, не знаю, покурить там сигару какую-нибудь ужасную.

     Антон: - Ну сейчас уже…

     Ведущие: - Утром вы не проснетесь.

     Антон: - Ну конечно же в любительском спорте, когда существовали соревнования, когда существовал жесткий график, жесткий ритм работы, конечно же это было невозможно. Более того, это в принципе было и возможно, но ты сам этого не захочешь, потому что понимаешь, что у тебя завтра утренняя тренировка, вечерняя тренировка, зал, лед и ты просто сам не восстановишься, не сможешь потом нормально кататься. Ты не сможешь нормально кататься, а у тебя через неделю турнир.

     Ведущие: - А действительно может какая-то лишняя рюмка очень серьезно вывести из строя, да?

     Антон: - Да понятное дело, это однозначно. Это однозначно так. Более того, когда ты катаешься на таком на высоком уровне, там не то, что лишняя рюмка, там недосып какой-то, переедание, оно все имеет значение, потому что тут же у тебя…, это же все от психологии опять же таки. Ты же понимаешь, что к примеру вчера ты переел, там недоспал, там спал мало, ты выходишь уже с этим настроем и ты понимаешь, что где-то у тебя может что-нибудь киксануть, где-то у тебя может что-то не так получится.

     Ведущие: - Начинаешь уже бояться.

     Антон: - И нужно уже…И ты и так себя преодолеваешь, потому что существует конечно же и страх, и волнение, никуда от этого не денешься, это просто реальное преодоление идет. А тут у тебя еще и преодоление того, что…вчерашнего праздника твоего.

     Ведущие: - Т.е. сам себе сделал.

     Антон: - Т.е. сам себе создал еще одну головную боль.

     Ведущие: - Я вот перед тем, как у нас начнется музыкальная пауза, хотела бы передать привет Елене Бережной.

     Антон: - Да, Леночка, привет тебе.

     Ведущие: - Как она поживает?

     Антон: - Ой, она, она..

     Ведущие: - Слушает нас? Вы предупредили?

     Антон: - Нет, сейчас она нас не слушает, потому что она куда-то улетела. Но у нас же сейчас как бы время отпуска, поэтому никого здесь и нету. У нас только что закончился сезон, как я сказал, там пару недель назад, который длился прямо с августа, не прерываясь, без остановок. И поэтому сейчас никого в городе нету. Но все равно мы в любом случае ей передаем привет, потому что мы ее очень любим и она замечательная.

     Ведущие: (между собой) - Продолжаем общение с величайшем фигуристом нашего города, уж наверное, можно так сказать, Антоном Сихарулидзе. Да мира, Саша, что ж тут мелочится-то. Еще раз добрый вечер, Антон. Как ваши дела?

     Антон: - Очень хорошо все.

     Ведущие: (между собой) - Просто чтобы сбить немножко, так сказать, все эти темы про тренеров и прочее. Все-таки еще немножко про спорт хотелось бы спросить. Вот большой спорт – это и борьба нервов, и борьба всего, чего угодно. К тому же наверное и денег может быть каких-то скоро будет борьба. По-моему так вот как-то все это, об этом не говорят, но наверное к этому будет. И помимо всего этого вокруг спорта существует еще всякие там скандалы, какие-то разборки, то, что придает…Допинги. Да, допинги обязательно, то, что придает какую-то определенную окраску и может быть вызывает даже интерес у людей. Вот Антон, твое отношение ко всем этим, вот к тому, что вокруг спорта происходит, в том числе вот скандалы, связанные с допингами на последней Олимпиаде. И вообще, какой допинг самый вкусный? Вот скажите нам хоть. Может там, хлеб, например. А тебе зачем? Ну интересно просто.

     Антон: - Ну, вы знаете, я думаю, что все эти скандалы они, конечно же, поддерживают опять же таки интерес вокруг спорта и это говорит о том, что спорт имеет большое значение для всего общества, для всего человечества. И люди, каждый увлекается своим видом спорта, но все равно спорт существует, он живет во всех нас и спорт собирает колоссальную аудиторию и телевидение, и просто на стадионах, и радио, как теперь уже получается. И, ну что я могу сказать про допинги? Я мало что знаю, потому что в фигурном катании допинги не используются, потому что они в принципе там не нужны. Из-за того, что ты начнешь выше прыгать, это не значит, что ты вообще приземлишься или приземлишься на пятую точку, а от того что ты будешь быстрее разгоняться, это не значит, что ты не уронишь партнершу с поддержки.

     Ведущие: - Секундочку. Т.е. получается, что нет допинг-контроля вообще у фигуристов?

     Антон: - В фигурном катании существует допинг-контроль после каждого турнира, все это существует. Нету допинга. Я имею в виду, что спортсмены его не используют.

     Ведущие: - Просто смысла нет?

     Антон: - Пока что нет никакого смысла, конечно. Потому что я сейчас говорю, от того, что ты сильнее разгонишься, это не значит, что ты не уронишь партнершу с поддержки.

     Ведущие: - А в секретных лабораториях фигурного катания, в подземных подвалах изготавливается?

     Антон: - Я думаю, что секретные лаборатории как раз существуют у многих других, но не у фигурного катания.

     Ведущие: (между собой) - А интересно вот, что касается допингов. Опять забыла что хотела спросить…что-то у меня какое-то предотпускное настроение явно. Ну, легко понять, просто Саша волнуется. А вот отношусь проще, потому что я не фанат фигурного катания, при всей любви и уважении к вам. Нет, вот интересно, мы начали говорить про прыжки и так далее. Вот прыжок, это такая, самая наверное зрелищная, самая такая сложная часть программы, хотя может быть я не права и есть много других элементов?

     Антон: - Нет, я думаю, что в парном катании, конечно же, людям больше всего нравится выброс. Это когда партнер выбрасывает партнершу. Потому что там больше амплитуда и высота и так далее, поэтому это зрелищно.

     Ведущие: - А вот нет здесь чего-то первобытного в этом – взял и выбросил ее вообще, вот хватит уже, замучался я с тобой. Нет, я-то хотела спросить другое, вот когда спортсмен прыгает, интересно, знает ли он, приземлится он или нет.

     Антон: - Да, потому что ты чувствуешь уже по толчку, будет ли все в порядке или нет. Но и как раз таки в фигурном катании существует такая вещь, когда ты вынимаешь мертвый прыжок, который ты должен упасть и все специалисты понимают, что ты должен был упасть, но ты его делаешь. Вот это очень-очень большое признание к тебе, потому что значит ты каким-то макаром все равно смог устоять, смог это сделать.

     Ведущие: - Мастерство все-таки.

     Антон: - И конечно же мастерство. Но спортсмен начиная прыгать, отталкиваясь, уже понимает – все будет в порядке или уже ….

     Ведущие: - А бывает, что такое провальная программа, как пошло, как не покосило, так и все. Можно вытянуть такую программу?

     Антон: - Нет, конечно, ее нельзя вытянуть, если у тебя уже несколько падений. Ты, конечно, ее можешь вытянуть, но какое ты место займешь, я уже не знаю.

     Ведущие: (между собой) - А я все хочу спросить про «тулупы». Вот одинарный, двойной, тройной, четверной. Да, это так интересно. Есть целые сайты в Интернете, которые посвящены, там в подробностях нарисованы изображения. А почему…

     Антон: - Знаете, это все от фамилий людей, которые изобретали эти элементы. И Аксель, и Тулуп, насколько я знаю, и Риттбергер. Это все по фамилиям тех людей, которые первые сделали.

     Ведущие: - Т.е. один где-то прыгнул нечаянно, а остальные все мучаются.

     Антон: - Один где-то прыгнул непонятно сколько лет назад, а теперь все мучаются. Но он-то прыгнул его в полоборота, а теперь все пытаются прыгнуть в четыре и не понимают как это сделать.

     Ведущие: - Интересно, вот спорт, фигурное катание с каждым годом все сложнее и сложнее. Уже четверные прыжки пошли в одиночном катании, там в мужском. Вот мужское катание, как-то считается оно как самое такое прогрессивное из всех. Так сложилось, самые сложные элементы у них.

     Антон: - Нет, самые сложные прыжки, не элементы, потому что элементы совершенно разные в парном катании и в одиночном. В одиночном же катании нет выбросов, нет поддержек. А именно по прыжкам – да.

     Ведущие: - И что же будет дальше-то?

     Антон: - Да я не знаю что будет дальше, потому что очень сложно сказать, что будет дальше. Но я считаю, что на сегодняшний день больше, чем четыре оборота вообще невозможно скрутить, просто невозможно. Но. Я думаю, что в конце концов может измениться и ботинки, и лезвия. И тогда будет какая-то возможность прыгать прыжки и может быть и в пять оборотов.

     Ведущие: - Т.е. сама экипировка изменится.

     Антон: - Сама экипировка, да. Потому что на той экипировке, которая сейчас существует, мне почему-то кажется, что это практически нереально.

     Ведущие: - Но это и в других видах спорта тоже говорят, что какие-то особые облегающие костюмы…

     Антон: - Точно так же было и в конькобежном спорте, когда сделали плавающую пятку, т.е. пятка у них теперь отрывается и скорости все увеличились.

     Ведущие: - А вот у вас – на груди, на спине, на задней части тела. Ну, не знаю, у вас лично, у хоккеистов по крайней мере, везде написано там “Adidas”, там “BMW”.

     Антон: - Вот это самая большая проблема, потому что в фигурном катании я не знаю по каким причинам, честно говоря, это существует такая организация ISU, это международная федерация, куда входят и конькобежный спорт, и фигурное катание. Запрещена любая наружная реклама на костюмах. В этом конечно большая проблема, потому что если бы она была разрешена, то было бы намного больше денег внутри спорта. Более того, сами спортсмены зарабатывали бы уже на самом деле колоссальные деньги еще и в любительском спорте. Но я не знаю почему. Потому что вот существует такое правило. Видимо это кому-то выгодно, кому-то это надо. Потому что как только я начинаю быть рекламоносителем, то все деньги от рекламы идут мне. Причем тут например какие-то организации, еще кто-то.

     Ведущие: - Давайте создадим с вами фонд, фронт, организацию

     Антон: - Фонд «Фронт»

     Ведущие: - Борьба за право носить рекламу на одежде фигуристов, в конце концов. И возглавим ее все вместе.

     Антон: - Тоже неплохая идея, я думаю, что когда-нибудь до этого дело дойдет, потому что мелкими шажками к этому все уже продвигается. Потому что ну это несправедливость, почему почти во всех видах спорта это разрешено, а здесь нет. Ну что это такое. А это, сами понимаете, что реклама – двигатель прогресса сейчас.

     Ведущие: (между собой) - А вот чтобы мы говорили о правилах в фигурном катании. Вот есть какие-то правила, которые мы знаем все. Что короткая программа длится столько-то минут, длинная программа столько-то минут. Это ты знаешь. Ну все, кто занимается, все, кто увлекается. Есть много, кто не знает. А есть какие-то вот правила, которые вот интересные, которые знают только фигуристы, которые вызывают, по крайней мере там недоумение? Странные какие-нибудь правила?

     Антон: - Я думаю, что…

     Ведущие: - Вы можете не отвечать, если что.

     Антон: - Нет, нет. Их во-первых очень много, а во-вторых на самом деле например существует вращение, да, в фигурном катании. И никогда просто любитель, который смотрит, зритель точнее, он не поймет, что во вращениях тоже существуют определенные правила. Потому что спортсмен, например, должен на каждой ноге, например, в каждой позиции отвращаться определенное количество оборотов. И судьи это все считают. И оттуда и оценка-то складывается. Поэтому очень часто зрители не понимают, почему например оценка низкая. Вроде бы все было сделано хорошо, никаких ошибок, никаких падений, а оценка низкая, по его мнению, по мнению зрителя. Но.

     Ведущие: - Оказывается не докрутил.

     Антон: - Там внутри, он например, он должен сделать минимум семь оборотов на каждой ноге, а он сделал пять. Т.е. это уже в минус, минус, минус, минус, минус и в сумме получается, он программу откатал достаточно чисто, для зрителя очень хорошо, а если смотреть по правилам, то там было полпрограммы вообще. Поэтому, это на самом деле существует и зритель тоже должен это понимать.

     Ведущие: - Правильно ли я понимаю, что халявы нет, получается?

     Антон: - Халявы нет нигде.

     Ведущие: - Я имею в виду, что вот, ну устал там, настроение, выпил вчера. Ну бывает, откатаю там на парочку этих оборотиков поменьше.

     Антон: - Ну все соответственно. Ну во-первых соответственно такого не может быть в принципе. Но как раз таки очень часто такое случается, потому что спортсмены просто…В чем заключается уровень спортсмена – один находится высоко, а другой низко. Потому что один спортсмен доходит до того уровня, что он как раз может все эти правила исполнить, он это все делает и он получает высокие оценки. А другой просто не может. Он не может сделать на одной ноге столько-то оборотов, на другой ноге столько-то оборотов, просто он не может. И поэтому один становится олимпийским чемпионом, а второй занимает 35 место.

     Ведущие: - А вот логично, наверное, вот вы мучаетесь там, вот эту женщину 52 кг там кидаете. И всяческие такие нагрузки, опять-таки покрутится там нужно обязательно 5-6 раз на каждой ноге. Может быть проще уйти в конькобежцы? Вы все там умеете. На коньках же умеете ездить?

     Антон: - Да, но это совершенно другая уже…Понимаете, уходить надо в 4 года. Спорт такой начинается с 4 лет. Ты не можешь никуда уйти, уже 25 лет и добиться каких-то вершин, уже поздно.

     Ведущие: - Ну конькобежцам же проще. Смотрите: «чпок, чпок», «чпок, чпок».

     Антон: - Да там не проще, потому что там своя история. Там попробуйте. Я когда сейчас пришел смотреть конькобежцев, на Олимпиаде в Турине, я обалдел от этих скоростей. Когда ты смотришь по телевизору, ты даже не понимаешь какая это скорость.

     Ведущие: - А какая?

     Антон: - Я не могу сказать в километрах.

     Ведущие: - Как автомобиль.

     Антон: - Ну типа того. Т.е. это машина, которая несется по этому льду, и ты не понимаешь, как он мог разогнаться с такой скоростью. Это невозможно.

     Ведущие: - А еще фигуры у них такие, что если ты с ним поссоришься…

     Антон: - Это невозможно. Это машины, настоящие машины.

     Ведущие: - Не дай Бог где-нибудь ночью... И вот после небольшой музыки по теме, мы с вами поговорим о разных странах, где вы побывали. О вашем отношении к американцам, к Нью-Йорку может быть.

     Антон: - О-е.

     Ведущие: - Хорошо?

     Ведущие: - Антон, как Вам Америка? Как Вам Нью-Йорк?

     Антон: - О, это целая история, потому что мы с Леной прожили два года в Нью-Йорке.

     Ведущие: - Где?

     Антон: - В Нью-Йорке.

     Ведущие: - В Нью-Йорке где? В Бронксе? В Квинсе?

     Антон: - А! Мы, по большому счету, жили, если говорить конкретно, в Нью-Джерси. Клив-Сайд Парк такой есть. Это прямо за…

     Ведущие: - Там подешевле квартиры, наверное? Всё-таки это не Квинс, да?

     Антон: - Ну в Квинсе подешевле, чем там. Но это всё же не Манхэттен.

     Ведущие: - Ну вот, я хотел сделать вид…Ну да, Манхэттен-то мы все знаем.

     Антон: - Ну вот… Нет, мы вообще не из таких соображений там жили. Просто у нас каток, который построили, который нам предложил там быть, он как раз был рядом с Клив-Сайд Парком. Нам бессмысленно было жить в Нью-Йорке, потом ездить целыми днями непонятно сколько на тот лед. Вот. Но отношение у меня неоднозначное было. Потому что первый год, когда я там жил, мне звонила мама и говорила: «Сынуля, а когда же ты приедешь домой?». Я говорил: «Мама, ну что же мне делать дома? Там дожди, грязище, я в Америке, мама. У меня всё хорошо.». Но на второй год я завыл волком. Просто завыл волком, потому что меня уже стало раздражать всё.

     Ведущие: - Антон, только скажите, Вы честно говорите?

     Антон: - Абсолютно откровенно. Меня стало раздражать всё. Но в конце концов мы оттуда уехали. Просто не выдержали и уехали. Всё попродавали. Приехали сюда обратно в Россию, в свой родной Петербург и чувствовали себя в сто раз лучше.

     Ведущие: - Теперь давайте подробно. Что вот… какие основные причины выделите?

     Антон: - Потом я долго анализировал эту ситуацию и понял, что основное для меня было там, из-за чего я уехал, – это нехватка души. Потому что мне не хватало той человечности, той души, которая есть здесь. То есть, когда я здесь нахожусь, у меня хорошее настроение. Я нахожусь в кругу своих друзей или в кругу… я даже всё общество называю «в кругу родственников». Ты находишься у себя дома. Это прежде всего дом. А там, конечно, у меня есть друзья и по сей день, и были друзья. И никаких житейских проблем у нас не было. Но всё равно это было не то. Более того, когда ты работаешь, когда ты серьезно занимаешься спортом, и часами проводишь время на льду, ты выплескиваешься. Не остается энергии, не остается сил. Тебе ещё больше нужна эта поддержка, подпитка твоих близких, подпитка твоих родных, подпитка любимых, друзей. А там, конечно же, ты до такой степени этого не испытываешь, это просто невозможно.

     Ведущие: - То есть, выходишь с тренировки и поплакаться некому?..

     Антон: - Я выходил с тренировки, приходил домой, садился на балкон и вот так вот смотрел. И ещё у меня была история интересная… Я в конце концов уже не знал, чего делать, потому что, например, в пятницу-субботу гулять конечно же не получалось, как все мои друзья. Они все выходили куда-то, ходили, гуляли, тусовались, что называется, а у меня же тренировки… И я просто-напросто в конце концов потом начал сам постоянно полировать свою машину. То есть, я сейчас профессионал в полировке машин. Я себе купил даже специально электрическую полировку, я заказывал себе даже через Интернет разные эти полироли. То есть, я знал всё о полиролях, я понимал, что нужно куда. У меня машина была как просто такая…

     Ведущие: - А какая она была? Что это за модель?

     Антон: - Черная. Lexus, Lexus у меня был.

     Ведущие: - Хорошо. Правильно ли я понимаю, что получалось, что Вы были полностью предоставлены сами себе и ни с кем, собственно не…

     Антон: - Конечно! Я ещё раз повторяю, у меня были друзья, но, конечно же, это не такой большой круг общения, как здесь. И более того, он не такой душевный. Да, мы разговаривали, да, мы общались, но не было той души, не было той романтики, которая здесь.

     Ведущие: - Они всё время говорят…Вы спрашиваете: «How are you, там, John?». Они отвечают: «Fine». И о чем разговаривать с этими людьми? У них всё fine. Это ужасно!

     Антон: - Не, у него всё fine anyway, даже если у него вообще не на что есть. Он всё равно fine. Потому что его научили говорить fine. Но мы-то чуть-чуть другие люди. Может, в этом и есть какой-то интерес, что ты так говоришь, у тебя всегда вроде бы всё прекрасно. Но мы-то по-другому привыкли, мы привыкли друг другу раскрываться, мы привыкли говорить: «да, у меня сегодня не важно», «у меня сегодня проблемы на работе», или «у меня ребенок сегодня в школу не пошел, двойку получил». А там «у меня all the time everything’s fine».

     Ведущие: - Это я сразу вспомнила то ли кадр из фильма, то ли анекдот какой-то. Человек идет, падает. К нему подбегает американка и спрашивает: «Are you OK?». Американец должен ответить: «Да, да всё OK». А этот человек оказался русским и просто послал её по матушке. И та женщина недоумевала: что такое происходит?! Вот эта разница русского и американского менталитетов. – И вот ещё, Антон, вы говорите, что здесь хорошо. Несмотря, в общем, и на преступность, и на грязь, и на неустроенность, и на коррупцию…

     Антон: - Преступность существует вообще везде.

     Ведущие: - То есть, несмотря на все наши недостатки, всё равно здесь дом?

     Антон: - Для меня здесь дом, для меня здесь моя душа, мне здесь тепло и уютно. А там мне было неуютно. Я постоянно испытывал дискомфорт. Сначала я не мог понять, что происходит. А мне говорили: «Антоха, не придумывай ничего. Сейчас пройдет чуть-чуть времени, ты освоишься, и всё будет на своих местах». Но я-то знаю, что я очень быстро ко всему привыкаю, потому что когда мы проезжаем по семьдесят с лишним городов за сезон, конечно же, ты можешь уже и спать, и есть, и жить где угодно. Поэтому я понимал, что это не из-за этого. Более того, у меня были комфортные условия, у меня не было никаких проблем. Я понимал, что просто дискомфорт от того, что я не нахожусь там, где я хочу находиться.

     Ведущие: - И несмотря ни на хороший климат, ни на супермаркет, ни на Lexus?..

     Антон: - Несмотря ни на что!

     Ведущие: - Несмотря на условия, которые там создают спортсменам для тренировок? Вот об этом тоже хотелось бы поговорить.

     Антон: - Условия, которые создают сейчас здесь спортсменам высокого уровня для тренировок, лучше, чем там.

     Ведущие: - Правда, Антон?

     Антон: - Однозначно!

     Ведущие: - Аплодируем! – Слава Богу! Хоть что-то у нас изменилось. Потому что когда смотришь (особенно в канун Олимпиады показывали), откуда наши спортсмены… В Америке их там с детства носят на руках, выращивают, создают комфортные условия…

     Антон: - Ничего этого нету. Это полное заблуждение! Дети приходят, катаются в пять утра. В пять утра! Для того, чтобы потом пойти в школу. И более того, в пять утра лед стоит дешевле, нежели в десять. Или, например, к тому же ещё и вечером. А вечером это вообще очень дорого. Поэтому никаких с детства комфортных условий у них нету, условия ещё хуже, чем у нас.

     Ведущие: - Так у нас, представьте себе, какие ужасы всякие рассказывают. Как там нищенствуют, живут в коммуналках с крысами… Вот, про Плющенко рассказывали…

     Антон: - Понятно, но когда это было? Когда это было? Это речь уже не идет о спорте, речь идет уже вообще об обществе и о том, сколько зарабатывает каждый человек у нас. Потому что у него тогда мама и папа были, они его тогда содержали.

     Ведущие: - И всё равно, какие люди выросли! Всё равно они стали чемпионами несмотря на всё это.

     Антон: - Да.

     Ведущие: - А в связи с тем, что улучшились условия для спортсменов, есть ли у нас перспективы в частности в фигурном катании вообще? Потому что после последней Олимпиады было много разговоров, что, кумиры уходят, уходят герои из большого спорта и кто же дальше?

     Антон: - На сегодняшний день тяжело что-то сказать, потому что я понял для себя однозначно, что прямо сегодня, конечно же, замены тем лидерам, которые были, нет. И последний чемпионат мира это показал, где не было вообще ни одной никакой медали, насколько я помню. Нету, нету замены лидерам. Но тут есть прямое объяснение: то последнее поколение, которое сейчас выступало на Олимпийских играх, - это всё равно поколение того СССР, оно было выращено тогда. А сейчас появится новое поколение, и мы посмотрим, что лучше.

     Ведущие: - Давайте вернемся на секунду в Америку. Считается…

     Антон: - Yes, I’m fine anyway.

     Ведущие: - Да, парадоксальные вещи я слышу от того же Димы вернувшегося, который прожил в Майами три месяца. И он говорит: «Я почувствовал, что это общество деградирует на таком среднем уровне…». Что они все толстые (но это мы и так все знаем). Но они ещё и все глупые…

     Антон: - Ну, я не могу так сказать, потому что я не берусь ручаться за всё общество и за всю Америку. Единственное, что я могу сказать, как мне кажется, русский человек - он намного более широко развит, что ли. То есть, я думаю, очень многие знают, например, кто президент Америки, как его фамилия, какая столица Соединенных Штатов. Я больше чем уверен, что половину американцев спросишь, какая столица России, - они вообще не поймут, о чем идет речь.

     Ведущие: - Зато fine, всё fine!

     Антон: - Зато всё fine, у них вообще всё fine. И более того, мне кажется, это вообще всё заблуждение о том, что говорят про то, что люди, которые там работают на… (я не говорю про каких-то суперзвезд американских, понятное дело, там люди multi-multi-multi time миллионеры). Но про тех людей, которые являются обществом как раз, что у них всё в порядке… Нет, они точно так же работают от зарплаты до зарплаты. Да, может быть, у них просто банковская система немного лучше развита, чем у нас, и да, им дают возможность взять этот домик маленький в кредитик, сделанный из картона, где рукой я пробивал стену просто…

     Ведущие: - В момент полировки своего Lexusa.

     Антон: - Да.

     Ведущие: - Давайте вернемся в эту студию чуть-чуть позднее. Антон, ставим то, что Вы просили, что, мы знаем, что Вам понравится. (ставят песню “Sorry seems to be the hardest word”)

     Ведущие: - Кстати, по поводу медалей, они …

     Антон: - Да, существуют. Они все у папы, существует целый музей, целая комната. У него всё там собрано, все медали. Только я не скажу, конечно, где.

     Ведущие: - А там действительно есть золото? Или так это…

     Антон: - Всё из золота.

     Ведущие: - Но говорят, что только сверху покрыто. Вы не пробовали посверлить?..

     Антон: - Нет. У медалей от Чемпионатов Мира, Чемпионатов Европы золото делается в 3/9 пробы, по-моему, называется так.

     Ведущие: - Вот мы говорили про Америку. Очень бы хотелось ещё несколько слов про Китай услышать.

     Антон: - Про Китай? А я не был в Китае.

     Ведущие: - Да, про Китай. Про китайских спортсменов.

     Антон: - О, китайские спортсмены… Да, китайские спортсмены – это отдельная история. И фигурном катании тоже они заполонили весь…

     Ведущие: - Шестирной или семирной тулуп…

     Антон: - …могут сделать только они, да. И вы знаете, очень сложно сказать, в чем заключается их прогресс. Но я думаю, прежде всего, в том, что китайский спорт, он, наверное, сейчас такой же, как был у нас в СССР. Во-первых, из большого числа людей они могут выбирать этих гениев. Потому что и население колоссальное. И помимо прочего много людей спортом занимаются. И сам подход – такой же, как был у нас, когда мы были маленькие. Нас каталось сотни, но каждый год происходили маленькие соревнования, и по итогам этих соревнований половину людей просто выгоняли. Всё! Ничего нельзя было ни купить, ни продать. Просто отсеивали. Оставалась половина, и так шло, шло, шло…

     Ведущие: - А сейчас другая система?

     Антон: - А сейчас конечно же. Потому что всё оплачивается: оплачивается лед, оплачивается тренер. Ну как ты выгонишь ребенка, если он приносит тебе деньги?! Та же самая система, как в Америке - может кататься кто угодно. У нас куча была случаев. Я там несколько раз тренировал, и приходит женщина, приводит с собой мальчика шестнадцатилетнего, который никогда на стоял на коньках, двухметрового, и говорит: «Антон, а он сможет стать чемпионом мира?». Ну как он сможет стать чемпионом мира?! Он никогда уже не сможет стать чемпионом мира! Но это я понимаю, это я могу сказать, что нет. А тренер-американец скажет: «Ребята, всё зависит от того, сколько часов в день вы будете тренироваться. Если вы будете тренироваться пять часов в день (соответственно, платить ему за пять часов в день), то конечно же шансы увеличиваются».

     Ведущие: - В связи с этой системой не потеряем ли мы какого-нибудь самородка, такого гениального, будущего чемпиона только потому, что у него сейчас нет денег на экипировку и вообще…

     Антон: - Очень сложно это сказать. Мне кажется, в этой ситуации должны подключаться сейчас и органы физического развития страны, и спонсоры, которые будут помогать ребятам. Потому что как ни крути и ни смотри, большое число величайших спортсменов из не совсем благополучных и обеспеченных семей было во всяком случае. А сейчас ребеночек…в любом случае его родители должны иметь деньги, чтобы оплачивать костюмы, оплачивать тренера, оплачивать тренировки, сборы. Поэтому сейчас намного сложнее. И совсем другой контингент людей стал даже ходить и приходить на фигурное катание в том числе.

     Ведущие: - Антон, из другой серии. Хочется понять, что Вы за человек. Ходите ли Вы на танцы для тех, «кому за тридцать»?

     Антон: - А мне ещё не за тридцать, во-первых!

     Ведущие: - Извините! Всё, вопрос отменяется. По поводу автомобилей… Почему Lexus? И вообще, на чем ездите?

     Антон: - О, это так получилось тогда. Не знаю, почему. Потому что мне понравилось. Когда-то у меня была большая любовь к автомобилям. Как и любому мальчишке, мне хотелось вообще потратить все свои деньги на автомобили и не думать больше ни о чем. Сейчас это пропало, потому что я, наверное, или этим «наелся», или повзрослел и поумнел всё же чуть-чуть. И нету такой беды с автомобилями. Езжу на Range Rover’е, но никакого фанатизма, у меня никаких фиарий или ещё чего-то, у меня в голове абсолютно этого нет уже.

     Ведущие: - В Интернете сидите часами? Играете, сидите в чатах?

     Антон: - Интернетом я практически не пользуюсь Только совсем-совсем по нужде, потому что мне в принципе не доставляет удовольствия сидеть в Интернете, лазить там. Более того, мне нравится общаться. Даже если я нахожусь далеко, и то по телефону мне больше нравится общаться, чем по Интернету, потому что мне хочется слышать голос, мне хочется видеть и чувствовать эмоции, а по Интернету я этого не могу.

     Ведущие: - Антон, а есть ещё какие-нибудь увлечения помимо спорта?

     Антон: - Помимо спорта у меня ещё один спорт есть: я люблю в теннис играть. И в летнее время, когда у меня перерыв, я очень много играю. Зачастую, я последний год играл вообще практически каждый день в теннис. Очень мне нравится эта игра.

     Ведущие: - Вы были во всём мире, так я понимаю, да?

     Антон: - Нет, Вы знаете, так получается, что специфика фигурного катания такова, что я был практически везде, где холодно, а не тепло. Поэтому мне не повезло немножко.

     Ведущие: - Самое любимое место где? Ну, может, в отпуск ездили…

     Антон: - Самое любимое место – Париж.

     Ведущие: - Почему?

     Антон: - Потому что я люблю Париж и …

     Ведущие: - А там же всё с чесноком, говорят.

     Антон: - А это не имеет значения для меня. Тем более что чеснок тоже с удовольствием ем. Для меня в Париже в воздухе витает любовь. Я чувствую в воздухе в Париже любовь, потому что я сам романтик и я чувствую эту романтику в Париже. Ну и более того, даже если просто гулять по городу и наслаждаться, на самом деле, смотреть на эту архитектуру, ты просто поражаешься, как такое можно было создать. И ещё и сохранить, что самое интересное.

     Ведущие: - Петербург, как Вы считаете, на фоне других городов мира…

     Антон: - Петербург – фантастический, фантастический город. Но, хотелось бы, чтобы он был чище, чтобы он был более ухоженным, более нарядным. Нарядным! Мне не хватает в Петербурге такого праздника. Чуть-чуть надо его нарядить как-то.

     Ведущие: - А есть какое-то любимое место, самое любимое место в городе?

     Антон: - Конкретно в Питере нет, но мне очень нравится Петродворец, мне очень нравятся фонтаны. Я очень часто там бываю, когда нахожусь в Питере, потому что опять же-таки там для меня кусок романтики, кусок истории. Я очень это место люблю.

     Ведущие: - Значит, вы ходите на вечеринки для тех, кому до тридцати. Я понял. – Я думаю, что Антону некогда ходить, глупостями заниматься всякими.

     Антон: - Есть. Я с удовольствием глупостями позанимаюсь.

     Ведущие: - Самое отвратительное человеческое качество на Ваш взгляд?

     Антон: - Зло!

     Ведущие: - Ну что значит?..

     Антон: - Злые люди бывают иногда…

     Ведущие: - Мы добрые…

     Антон: - Отвратительные, Вы же сказали… Я не люблю злых людей, озлобленных.

     Ведущие: - Я ещё хотел спросить, что Вам больше нравится – блондинки или брюнетки? То есть, кто?..

     Антон: - Это очень сложно сказать, потому что мне нравятся и те, и другие.

     Ведущие: - Смотри, как реагирует быстро…

     Антон: - Это очень серьезный потому что вопрос.

     Ведущие: - Но есть профессиональные ограничения? То есть вы с девушкой так вот знакомитесь, приподнимаете её… 52 килограмма – подойдет.

     Антон: - Нет, ни в коем случае. У меня вообще никаких ограничений по поводу девушек нет.

     Ведущие: - Что ж, получилось, неожиданно затронули… Давайте скажем нашим слушателям про приметы и мистику. У Вас действительно, если ботинок не тот, то…

     Антон: - Нет, это было ещё, когда я катался в любительском спорте. Одно время сначала я одевал обязательно левый ботинок. Если я одевал сначала правый, я даже перешнуровывался. Снимал правый, опять одевал левый и потом выходил уже на лед. Но это у меня было недолго. Я могу сказать, что у меня эта примета была… - это вообще детская присыпка по сравнению со всем остальным. Потому что у людей такие были приметы… Начиная с утра… То есть, у меня-то хотя бы в раздевалке перед выходом на лед, а у людей была куча, куча всяких примет начиная с утра: как они встали, что они съели, чего одели и так далее, и так далее.

     Ведущие: - По поводу одежды. Вы любите одеваться у Armani?

     Антон: - Нет, я вообще люблю спортивный стиль, компании достаточно неизвестные, очень простые, но которые мне по духу. А если говорить о том, чтобы был презентабельный, а люблю Prada.

     Ведущие: - Что касается музыки, какие-то есть предпочтения?

     Антон: - Музыка, я обожаю русскую музыку, но я думаю, это в основном из-за того, что большое количество времени, как мы уже говорили, я проводил в Америке той же самой. И конечно, когда я приезжал сюда, мне хотелось слушать русскую музыку, любую: попсу, шансон.

     Ведущие: - В Америке достать можно было тех же

     Антон: - Да, конечно. И Лена у меня очень увлекается русской музыкой. У нее в компьютере, там я не знаю, какое количество этих песен, всех исполнителей. Послушать, конечно, можно было. Но здесь как бы получается, что ты дома и слушаешь…на радио РОКС…

     Ведущие: - А вот кино?..

     Антон: - Кино… Я люблю старое кино, люблю старые комедии и от этого получаю большое-большое удовольствие.

     Ведущие: - Есть ли какая-нибудь книжка, которая всё время с тобой?

     Антон: - Нет, такой конкретной книжки нету, но последнее время я увлекся философско-психологическими какими-то книгами. Это меня очень заинтересовало, и если бы я когда-нибудь, дорогие мама и папа, решил получить второе образование, я бы, наверное, получил какое-нибудь психологическое.

     Ведущие: - Есть предпочтения в еде какие-нибудь?

     Антон: - Да. Я очень люблю грузинскую кухню. Мне очень нравится грузинская кухня.

     Ведущие: - Ну понятно!

     Антон: - Хотя я пока что ещё ни разу не был в Грузии, но надеюсь, что скоро так окажусь. Пока что ни разу не был.

     Ведущие: - Антон, есть какой-нибудь рецепт хорошего настроения?

     Антон: - Ух, тяжело... Вы знаете, у всех бывает плохое настроение, но нужно с ним бороться прям самими, собственными силами, уговаривать себя.

     Ведущие: - Конкретный пример: вот остановил Вас гаишник и говорит: « Ну всё, господин Антон, нам наплевать, что Вы двукратный Олимпийский чемпион, с Вас 800 рублей, Вы развернулись через 15 сплошных…». Вы заплатили и думаете…

     Антон: - Нет, такие вещи мне уже настроения не испортят, потому что за 25 лет спорта были вещи посерьезнее намного. Я на такие мелочи уже на самом деле научился не реагировать и другим советую тоже.

     Ведущие: - Вот, Вы сидите между двух Саш, какое-нибудь желание…

     Антон: - Загадать могу, но как же я вам могу озвучить? Оно же не сбудется!

     Ведущие: - Ещё, наверное, последний вопрос. Антон, веришь ли ты в судьбу?

     Антон: - Да. Я чувствую, что существует такое понимание судьбы, но конечно же, мы касаемся своей судьбы и конечно же, мы своими руками много что создаем, для того чтобы сделать определенный плацдарм и увидеть потом то, что мы хотим и то, что мы называем судьбой.

     Ведущие: - И гипер-последний вопрос. В разных странах ты был, и я тоже был. Мне почему-то кажется, что в России, особенно в Петербурге, самые красивые женщины в мире.

     Антон: - То, что в России самые красивые женщины в мире, - это однозначно! Женщины, вы самые красивые в мире! А ещё я очень хочу мамочке своей передать привет. Мамулечка, я тебя очень люблю!

     Ведущие: - Большой привет! - Мы присоединяемся. – Мы преклоняемся перед Вашими родителями, потому что вырастить Олимпийского чемпиона…

     Антон: - Да ещё и парня такого хорошего!..

     Ведущие: - …это такой труд! Это, наверное, ничуть не проще, чем самому стать Олимпийским чемпионом.

     Антон: - Да, я думаю, что им досталось.

     Ведущие: - Антон, пообещайте, что, если будет возможность, Вы ещё к нам придете.

     Антон: - Да, я обязательно приду. И спасибо большое вам и радио РОКС FM.

     Ведущие: - Всего доброго! Напоминаю, что в студии радио РОКС был Антон Сихарулидзе, Олимпийский чемпион. Фотографии завтра на сайте смотрите. Удачи!

     Антон: - Спасибо большое! И всем улыбки и любви!

Александра Ромашова, Александр Цыпин, фото с сайта радио «Рокс»
радио «Рокс», июнь 2006г.
текстовый вариант - Nadya&Strega&Tatiana
 

ГлавнаяО Лене и АнтонеФотоальбомСтатьи и сюжетыПоклонникиВидеоархив 
ГостеваяФорумCсылки

Хостинг от uCoz