Елена и Антон-профессионалы на льду
Антон Сихарулидзе: "Мы не голодны, как те, которые приходили к власти раньше"

     Мне бы представлялось интересным проследить за ним в таком характеропознавательном реалити, как "Последний герой", где сущность человеческая выпадает в осадок в концентрированном виде. Сумел ли бы он и среди обезумевших от пережара и недожора капризных звёзд да спесивых звездулеток сохранить своё реноме самодостаточного человека, при этом - исключительно разностороннего, компанейского, юморного и весьма небанального в речах и поступках? Думаю, что сумел бы. Но врагов при этом нажил бы выше крыши. Спешу предупредить особо проницательных читателей, что данное интервью - отнюдь не о фигурном катании. Скорее, о нашей фигурной жизни, где прыжки соседствуют с падениями, поддержки - с выбросами, произвольная программа неизменно сопровождается оценками из программы обязательной, а судейские ошибки превращаются для виновников торжества в гримасы судьбы.

     - Антон, вы достаточно универсальный и политалантливый человек, и, видимо, не случайно, пока как одного из самых популярных спортсменов, вас хотят видеть в своих рядах политики. Всем интересны ваши взаимоотношения с "Единой Россией". Как долго и почему вы вместе?

     - Оценивая всё со стороны, я прихожу к выводу, что это правильно - спортсменам, которые добились больших результатов на мировой арене и, более того, потом сами развивались как личности, занимались общественной деятельностью, бизнесом, - в дальнейшем участвовать в жизни страны. Спортсмены имеют большой авторитет среди россиян, и они были бы, наверное, одним из самых успешных проводников между руководством страны и рядовыми россиянами - теми людьми, которые как раз и составляют основной электорат на выборах. С "Единой Россией" у меня давние близкие отношения, я член "Единой России" уже в течение года. В принципе, наверное, этому очень рад, потому что сам всё время занимал в жизни активную социальную позицию, мне всегда были интересны и политика, и общественная жизнь страны. Поэтому я очень рад, что у меня получилось начать в России свой политический путь.

     - В чём примерно проявляется ваша активная жизненная позиция? В Советском Союзе иметь репутацию активиста стремились многие, но в те годы вы были ещё слишком молоды.

     - Конечно, когда был Советский Союз, меня это мало интересовало. Это началось попозже, когда я подрос и уже начал понимать, что происходит вокруг меня. Во-первых, я много всего читаю, что связано с общественной жизнью России. Во-вторых, общаюсь со многими представителями различных политических движений. Это всё мне очень интересно. И я чувствую, когда веду ту или иную работу, что люди реагируют, откликаются на это. На самом деле, россияне и вообще те люди, до которых я должен доносить что-либо, они реально на это реагируют и реально ко мне прислушиваются. Меня это очень радует.

     - Интерес к общественной жизни как-то связан у вас с пониманием того, по какому пути движется сейчас страна?

     - Безусловно. То, что происходит сейчас в России, имеет огромное значение и для всех нас, и для моего решения быть в числе представителей партии власти.
Моя лаконичная оценка последнего времени: по большому счёту, мы на правильном пути. Вообще ведь, если смотреть глубоко, осуществляется очень много позитивных изменений, которые происходят и в нашей стране, и с нашей страной. Да, понятно, что невозможно взять и поменять огромную Россию за один день. Люди должны это осознавать, потому что всем всегда хочется, чтобы мы вчера жили вот так, а сегодня проснулись - и уже живем совершенно по-другому. Так невозможно. Особенно если учесть, что корни всех наших проблем уходят уже в столетие назад, и поэтому за один день ничего не поменять. Более того, на многих местах до сих пор остались люди, которые являются, будем говорить откровенно, пережитками нашего прошлого и которые должны просто-напросто покинуть свои посты, потому что они управляли при коммунистической партии, а сейчас переквалифицировались в демократов.
Как только большую часть решающих постов будет занимать молодая кровь - люди, которые на самом деле хотят работать, которые видят, как именно следует преобразовывать всё из общественного в коммерческое, знают, где можно находить деньги, которые будут отчисляться в бюджет и где можно находить деньги, с которых будут платиться налоги, и в целом они будут представлять, как жить всем остальным людям, - вот тогда, мне кажется, может начаться совершенно новая эра. Сейчас потихонечку эти перемены идут. Но, опять-таки повторяю, я сам абсолютно чётко представляю и понимаю, что невозможно осуществить грандиозные реформы за один день, это просто нереально. Однако моё впечатление таково, что сейчас идёт конкретное перестроение российских правящих кругов, и, по-моему, все должны быть довольны этим, потому что всё равно омоложение наступает, и кровь - она уже чуть-чуть другая. Очень существенный момент: мы не голодны, как те, которые приходили к власти раньше. Мы - сытые. Мы сами зарабатываем. И мы много чего на свете видели. Поэтому для нас не существует задачи взять и откуда-то для себя нарисовать какие-то деньги, не заботясь ни о ком и ни о чём. Мы и так много чего познали и много чего имеем без определённых постов и привязанностей. У нас есть совершенно другой интерес - нам хочется доказать и показать себя в других ролях. Нам хочется, на самом деле, помочь тем людям, которые нас любят. Потому что те граждане, которые сейчас являются в России основными избирателями, - это как раз те люди, которые нас на самом деле любят, которые приходят к нам на стадионы, которые радуются нашим победам, которые про нас пишут... И это намного важнее и адекватнее, нежели когда человек идёт голосовать непонятно за кого - за владельца какого-нибудь колбасного завода. Поэтому я считаю, что мы в правильном направлении идём. Но требуется время. Особенно у нас в стране, где когда-то всё было поставлено с ног на голову.

     - А нет опасений, что в связи с вынужденным уходом Путина постепенное продвижение вперёд приостановится?

     - Конечно же, очень сложно точно оценить эту ситуацию. Наверное, нужно просто-напросто надеяться, что этот ход не прервётся и что последователи нынешней администрации будут не хуже, а может быть, ещё и лучше, чем те их коллеги, кто руководит страной сейчас. Мы должны жить с такой надеждой. А если мы сейчас будем ожидать каких-то невзгод, то, скорее всего, наши опасения могут и сбыться.

     - Проблемы в начальственных структурах вряд ли сводятся только к конфликту поколений. Взять хотя бы Вячеслава Фетисова и Леонида Тягачёва, о недопонимании между которыми всё чаще доносит сарафанное радио. Вы обоих хорошо знаете. Что скажете по поводу серьёзности их разногласий?

     - Вы знаете, очень сложно мне говорить о Тягачёве и Фетисове, потому что я с этими людьми десятилетиями работал вместе. Надо понимать, опять-таки, всю глубину их ответственности. Практически ведь с них двоих все и всё спрашивают относительно спорта. А надо учесть, что сейчас российский спорт пришёл к определённому тупику, потому что закончились, сошли с арены те спортсмены, которые были воспитанниками школы СССР. Тогда был жёсткий отбор, тогда на самом деле приводили в секции и спортшколы всех детишек, которые хотели заниматься, тогда не надо было платить серьёзных денег за их обучение, за их катание, за их игру - не важно, каким видом спорта они занимались. А сейчас спорт меняется, и мы сейчас стоим у очень серьёзного порога, потому что нужно срочно начинать всем реорганизовываться. Больших спортсменов остаётся в России всё меньше и меньше. Ещё раз повторюсь: это происходит из-за того, что отжили все те спортсмены, которые были воспитаны эсэсэсэровской школой. И понятное дело, что сейчас на Тягачёва или Фетисова обрушиваются и все чиновники, и все, все, все, все, кто только может. Все их начинают клевать: давайте результаты, давайте спортсменов! Но вы поймите, что они вдвоём не могут - взять и всё сделать. Опять же, нужна целая система, которая будет помогать воспитывать таких больших спортсменов, которые были раньше. А для этого нужно полностью реорганизовывать даже управление спортивными сооружениями, потому что сейчас всё равно половина спортсооружений коммерциализировано. Нужно выстраивать совершенно новую для России систему, где и деньги можно будет собирать, но точно так же можно будет и давать деньги тем детям, которые талантливы. Тем детям, которые хотят и могут, но у родителей которых нет возможности платить за них. Такую систему выстроить за один день нереально, тем более что наша страна такая необъятная. А если это сделать на одном каком-то спорткомплексе, это не поможет. У нас нужно целую такую хронологию проводить, комплексно изучать этот вопрос - настоящий научный подход осуществить, потому что за одни год, за два, за три года это не сделать. Надо полностью взять и перевернуть мышление у людей, которое складывалось десятилетиями. А какой конфликт у них там друг с другом, у Фетисова с Тягачёвым то есть, об этом не мне судить, потому что я вообще темы этой не знаю.

     - Но личная неприязнь между ними перестаёт быть секретом...

     - Возможно всё, что угодно. На самом деле, это не нам со стороны болтать. Что там происходит конкретно, это они только знают: из-за чего и почему. А может быть, у них её и нет, этой личной неприязни.

     - Зато есть ещё такая интересная проблема: в том же фигурном катании наши тренеры-мэтры (как Татьяна Тарасова, к примеру) раньше приносили пользу исключительно любимой Родине. А сейчас они готовят боеспособные кадры в основном для наших непосредственных конкурентов - американцев, японцев. Делать вид, что проблему выдумали журналисты?

     - (К официанту) А сделайте, пожалуйста, сок апельсиновый. Вы что-то хотите?

     - Зелёный чай.

     - Да, вы затронули гигантскую проблему. Вы знаете, откуда появились Москвина, Тарасова, Чайковская и другие великие наши тренеры? Они появились, потому что у них был тот материал, с которым они могли работать. И тот материал, который потом побеждал. А сейчас им попросту некуда приложить эти усилия, потому что в России нет достойного материала. Вот Тамара Москвина сейчас берёт одних учеников, потом других, но люди не хотят работать, не хотят что-либо делать. Более того, у них и способностей в десятки раз меньше, чем в своё время было у многих её учеников, а ещё и желания, и амбиции другие. Поэтому сейчас наши заслуженные тренеры тоже не могут здесь проявить себя в полной мере, потому что как раз таки они и столкнулись с переходным периодом, о котором я уже говорил. И нет тех людей, которых бы они, как прежде, могли брать и лепить из них новых звёзд.

     - Но и их методы были в чём-то диктаторскими, бескомпромиссными, как принято было в Советском Союзе.

     - Да. И опять же - точно так же, как и спортсмены, сейчас должно вырасти новое поколение тренеров, которые будут уже воспитаны по-другому и будут тоже уже в хорошем смысле коммерциализированы. И у нас в самое ближайшее время могут появиться такие тренеры. Мне весьма импонирует то, что сейчас тренер может уже зарабатывать деньги в России. Например, в Москве, в Питере тренеры уже получают более или менее нормальные деньги, занимаясь с учениками, потому что сами родители платят. Ну, а почему нет? Просто к этому должны все привыкнуть. И с этим люди уже должны начать жить. Тут ещё вот какой вопрос возникает. Мне кажется, обязательно должно существовать своё направление действий. Мы не можем взять и подстроить под себя какую-то западную систему. Это невозможно. У нас должна быть создана своя российская система, потому что Россия отличается от всех стран, по крайней мере, от всего того, что я знаю. У нас должна быть и своя система действий, и собственные правила коммерциализации для того, чтобы люди зарабатывали. В противном случае - тяжело ведь работать со спортсменами за копейки. На самом деле, тренерская работа по-настоящему - это когда двадцать четыре часа человек вкалывает. Он работает не пять часов, не шесть, не семь, не восемь, которые он стоит на льду, а буквально все двадцать четыре часа. Он приходит домой и придумывает там программу, он ищет и находит музыку, он контролирует своих подопечных - в общем, это работа постоянная. И давно пора выработать такую систему, при которой тренер мог бы зарабатывать себе деньги, но вместе с тем у него ещё была бы возможность заниматься с детишками, которые не могут платить деньги, но именно из этих детишек вырастают олимпийские чемпионы. Как это сделать - вопрос времени. И когда все начинают пилить и НОК, и спорткомитеты, и Федеральное агентство, хочется возразить: а что они могут сделать за один день? Ничего. Потому что нужно выстраивать абсолютно новую систему управления спортом.

     - Так она будет выстраиваться или от слов до дела - дистанция огромного размера?

     - Я знаю однозначно, что над ней уже сейчас работает большое-большое количество людей. Просто для того чтобы это выстроить, нужно не только время, нужно ещё и гигантские усилия прикладывать. Более того, следует находить колоссальное количество спонсоров, которые будут проплачивать расходы детишкам, чьи семьи не могут платить денежки за их тренировки и т.д. Это только поначалу просто кажется - "ой, найти спонсора, что за проблема!" А вы попробуйте найти, с ног собьётесь. Тем более спонсора нужно найти не такого, который даст сто долларов. Мы сейчас рассуждаем в объёмах целой страны, а не в объёмах одного бебички. И то ему сто долларов не помогут. Это серьёзные деньги, это серьёзные взаимоотношения. Просто мне очень хочется, чтобы люди, которые интересуются всем этим и которые, на самом деле, негативно относятся к необходимости за всё платить, умерили бы своё раздражение. Они недоумевают: "Ой, у нас вообще закончился спорт, дети должны платить деньги!" Я хочу, чтобы они до конца поняли: я и сам за то, чтобы дети катались бесплатно, но сейчас, в современном мире, такое уже невозможно. Должно существовать разделение: пусть кто-то и бесплатно занимается, я не спорю. Но ведь как-то люди должны зарабатывать деньги. Все люди. И спортивные сооружения тоже, чтобы они были в нормальном виде, а не расхищали бы оттуда унитазы. И тренеры - чтобы они нормально работали здесь, в России, а не тут же бежали бы в Америку, потому что там они за один день зарабатывают столько, сколько здесь за месяц. На мой взгляд, необходимо, чтобы люди до конца поняли, что это выстроить не так сложно. И не надо пока ругать руководство спорта или вообще правительство по этим вопросам, потому что мы сейчас на пороге совершенно других взаимоотношений. Пусть эти критики хотя бы у себя на работе попробуют выстроить какие-то новые взаимоотношения. У нас ведь привыкли все по определённому шаблону жить и, конечно, от него отойти многим будет поначалу весьма сложно.

     - Тем более не всё так плохо, когда есть такие шоу, как "Танцы на льду"...

     - ...как "Звёзды на льду".

     - "Звёзды", mi pardonate!

     - Это, конечно же, и пропаганда спорта, прежде всего, и вообще дело увлекательное. Потому что там выступают действительно большие спортсмены, и мы тем самым показываем, что люди, которые не имели отношения к спорту, тоже могут делать в нём успехи, пусть и относительные, причём - во взрослом и даже преклонном возрасте. Да, они не могут стать олимпийскими чемпионами, но речь в данном случае идёт не об этом. Мы ведь должны и в целом заботиться о том, насколько у нас спортивная нация. Жители СССР и России раньше занимались спортом очень активно: играли в футбол, в хоккей, в волейбол, в городки, бегали, прыгали, существовало неведомое ныне какое-то ГТО, значки, разряды. И всегда это было очень массово. Я в этом ничего плохого не вижу, это очень хорошо, тем более что на самом деле спорт в любой стране - это политика.

     - А журналистика во все времена - это поиск пикантностей. Вот, говорят, большая несправедливость была в "Звёздах на льду", когда к вам с Глюкозой не очень хорошо отнеслась Татьяна Тарасова и, используя свой авторитет, выжила вас из шоу.

     - Нет, нет, я не думаю, что это так. На самом деле такого рода мероприятия проходят вообще не для судей. Тарасова там сидит для галочки. А эти соревновательные шоу проходят исключительно для зрителей. И, конечно, никому это всё просто невозможно судить объективно, включая ту же Тарасову. Как, в принципе, можно судить, если фигурного катания там вообще очень мало, а при этом на Тарасову возложили задачу оценить и расставить всех по местам. Как? - вопрос вопросов. Я бы вообще всем ставил одинаковые оценки. Всем давал бы 6.0. Потому что, зная, как ребята стремятся к успеху, как они пытаются повысить мастерство, сколько они работают и какими мыслями они живут, просто не хочется даже слышать такое: "Ой, ну вот он тут чуть-чуть споткнулся!" Ну и что, что споткнулся? Я бы, например, и в "Звёздах на льду" выстроил совершенно другую систему. Я, во-первых, не выгонял бы никого после каждого этапа шоу, а довёл бы всех до полуфинала, потом убрал бы всех и оставил только четыре пары. Ведь зритель привыкает каждый к своей паре. И не факт, что те пары, которые сейчас остались, больше любимы публикой, чем остальные. И поэтому я бы всех вёл, вёл и вёл вплоть до полуфинала, а там уж извините - остаются четыре пары, мы посмотрели, сколько у кого баллов за эти месяцы катания, аутсайдеров выгнали всех вместе, тогда никому особенно не обидно, да и зрители понимают: "Ну, всё, полуфиналы начинаются!" А оценки там действительно невозможно ставить. Помимо всего прочего, на каждое следующее шоу приходит новый судья. Более того, они вообще не представляют, как оценки в фигурном катании ставятся! Поэтому они и спрашивают - у Тарасовой, друг у друга: "А чего делать-то???" (Смеётся.) Всех жалко! Я понимаю, что любой судья может сказать: "Да я всем им готов 6.0 поставить". Меня туда выпусти и заставь кататься - на публику, на камеру, на всю страну, - я и то заволнуюсь. А если человек ещё и кататься до этого не умел! Да его расцеловать надо и наградить! Не важно, нравится он мне или нет. Мы же не свитер в магазине выбираем - красненький, синенький, это ж все люди живые! И они все серьёзно работают. Ну, да, у кого-то получается получше, у кого-то похуже, но я не могу относиться к этому как к спорту, где надо жёстко взять и выбрать. Потому что для меня это нормальное реальное шоу, и ту работу, которую проводят ребята, я всю оцениваю на 6.0. А Тарасовой особенно сложно. Она - профессионал и она обязана расставлять всех по местам.

     - Вы с Глюкозой наверняка в ходе шоу неформально подружились.

     - Ну, конечно, мы общаемся, дружим, всё изумительно.

     - Параллельно идёт конкурс "Две звезды", где тоже принимают участие в одном дуэте профессионал и дилетант. Если бы вам предложили...

     - А я и попытался пойти попеть в шоу "Две звезды". Жаль, меня туда очень поздно позвали, потому что до этого я был сильно занят. И вот за один день до начала съёмок я попробовал петь. Но потом, когда сам это всё дело послушал, то решил, что нет - этого пока ни в коем случае не надо делать.

     - А с кем дуэт должен был состояться?

     - Пробовался-то я один, а должен был - в дуэте. Не знаю, с кем. Может, с Мадонной? (Улыбается.) А если серьёзно, то этому делу надо тоже учиться по-настоящему. А за один день, как было у меня, такое невозможно.

     - Перспективы ваши в большом спорте...

     - ...равны нулю, поскольку я, принимая участие в профессиональных соревнованиях, отныне не имею права участвовать на Олимпиадах, чемпионатах мира и Европы.

     - Но ведь были же попытки разрешить профессионалам возвращение на любительский лёд.

     - Увы, пока всё глухо. Опять же, таково моё мнение, что это абсолютно бредовая идея - брать кого-то и отрезать. Я - представитель свободной страны России. И вот я приехал на чемпионат России. Профессионал ли я или вообще один день катаюсь, но если я выиграл его, почему я не имею права участвовать в чемпионате Европы?

     - Тем более, вам сложнее вернуться после совсем другой деятельности в ледовых шоу.

     - Вот именно! Но это мои проблемы. И если я всё же выиграю, даже если я десять лет не буду кататься, но выиграю чемпионат России, почему же меня не посылать потом на международные соревнования, вплоть до Олимпийских игр? Так что это абсолютно несправедливо устроено. Всё опять же сделано всякими околоспортивными дельцами из-за финансовых разбирательств между профессиональным и любительским спортом. Но при этом теряем мы, теряет и зритель, потому что публике намного интереснее было бы видеть соревнования с участием абсолютно всех сильнейших.

     - Да и страна теряет потенциальные медали.

     - Представляете, как любопытно было бы: народ смотрит Олимпиаду, а там участвует человек, который недавно стал чемпионом своей страны, а выигрывал Олимпиаду аж восемь лет назад! И это подогрело бы внимание зрителей, их было бы ещё больше.

     - Как у вас сейчас складываются отношения с Еленой Бережной?

     - Прекрасные отношения. Мы - брат с сестрой. У нас, как я не раз уже говорил, существует бренд - Бережная-Сихарулидзе, этот бренд неспроста создан, и не мы его создавали... Мы с Леной прикладывали усилия в другом направлении - в спортивном, а бренд формировали специальные люди. Между нами отношения такие, что теплее не бывает. Но если вас интересуют наши взаимоотношения именно как мужчины и женщины, то у нас нет ничего такого, только дружба.

     - Меня знающие люди предупреждали, так оно и вышло. "Говорят, она в него влюблена по уши, а он знай себе твердит про "брата с сестрой"...

     - Ну, о любви - это к ней вопрос.

     - А вообще как оно - "холост", "разведён", "в творческом поиске"?

     - Холост, да. Пока что свободен.

     - Влюблён?

     - Ну, я всегда открыт для общения, поэтому всякое бывает. Но основное, наверное, "холост". Это мой главный сейчас показатель.

     - Вы к прекрасному полу относитесь прекрасно?

     - Прекраснее, я думаю, редко бывает.

     - Могли бы назвать нескольких красавиц - душой и телом достойных песни?

     - Не могу я настолько безусловно привязываться к определённым людям. Ко всему прочему, всё, что я вижу по телевидению, - это те люди, которых знает вся страна. И всем будет понятно, кого я назову. Я ж не могу просто Машу Иванову назвать из соседнего дома. Так вот, известные красавицы мне абсолютно не нравятся, потому что они все уже штампированные, на них стоят уже штампы и навешаны ярлыки. Эти люди меня совершенно не привлекают. Мне кажется, что их агентам и имиджмейкерам нужно снова усиленно работать над ними и убирать эти штампы, которые наложили на них шоу-бизнес, кинематограф, телевидение. Поэтому пока из известных людей я вообще не могу назвать никого, кто мне особо нравился бы. У меня есть знакомые, которые не имеют отношения ни к шоу-бизнесу, ни к кино, ни к спорту, но которые в десятки раз красивее и интереснее, чем те, кто часто светится публично.

     - А если вспомнить голливудских актрис?

     - Но это ведь тоже штампы. А определённого типажа девушек, чтобы мне только такие и нравились, у меня вообще нет. То есть меня привлекают определённые девушки: определённые блондинки, определённые брюнетки, определённые рыжие, определённые с длинными волосами, определённые - с короткими. Вот и получается, что у меня вообще нет конкретного штампа. У многих ведь людей так: "я люблю девушек такого вот роста, с такими вот причёсками, с такой вот попой..." Я не знаю, как они сумели выработать у себя в голове этот стандарт, но у меня такого и близко нету. Она может быть и низкая, и высокая, в зависимости от того, что она вообще за человек и как это гармонично всё в ней сочетается. Поэтому, грубо говоря, мне нравятся все красавицы, самые разные и непредсказуемые. Но определённый типаж из каждого вида обязательно должен быть мой.

     - Вас можно назвать светским львом или денди? Кто "прикиды" носит шармовые, кто не стушуется среди сонмища самых лощёных снобов...

     - Вы знаете, в последнее время мы все вообще стали от подобных обществ прятаться, потому что у нас в России постоянно всё перегибается или даже доводится до абсурда. У нас то плохо в перегиб, то хорошо в перегиб. То у нас вообще никогда не было никаких тусовок, то теперь они у нас каждый день. Мы, конечно же, все туда походили, на всё на это посмотрели. Я считаю теперь, что эти помпезности - немножко для другого контингента людей. Это для шоу-бизнеса, для актёров, а не для нас - спортсменов или людей, которые в дальнейшем будут участвовать в общественной жизни страны. Потому что там контингент соответствующий, а мы сейчас это всё отодвигаем подальше от себя и отказываемся от всех приглашений и званых тусовок. Более того, туда всё равно ходят одни и те же люди, которых ты уже видел сотни раз, поэтому мне это абсолютно не интересно. А им - интересно, так как для них это единственный шанс оказаться в кругу бомонда. Если же ещё и по телевизору покажут - полное счастье наступает.

     - В Москве любимые места есть - ресторанчики, клубы?

     - Нет, в клубы я вообще не хожу. Я люблю Красную площадь. Не знаю почему, но я действительно её очень люблю. Например, просто взять и пройтись вечерком, когда у меня есть свободное время. Я недалеко там живу, и меня всегда как-то подтягивает к Красной площади. Я совершенно спокойно выхожу и гуляю по ней.

     - Сейчас по Москве "спокойно" гулять - очень беспокойно. Тем более с грузинской фамилией. Кстати, насколько вы грузин - по культуре, по языку, по пристрастиям?

     - Вообще ни на сколько. Разве что фамилия "обязывает". Она мне от папы досталась. У него отец был грузином, а мама - украинка. А я ни языка не знаю грузинского, ни в Грузии никогда не был.

     - О перегибах с антигрузинскими акциями...

     - Ну, я же говорил, что у нас в стране отклонения туда или обратно - максимальные. Честно говоря, на эту тему вообще не хочется говорить, потому что, мне кажется, настолько это политизированный вопрос и чёрт его знает, чем это всё обернуться в итоге может. Тут очень сложно всё. Не нам судить об этом. Тут такая глубокая политика, которая прямо касается стран...

     - ...и персон, наверное.

     - Я думаю, что всё же стран, поскольку персоны представляют определённые государства. Я убеждён, что если не было бы реальной почвы, просто так Владимир Владимирович... вернее, просто так наше правительство не решилось бы на такие шаги. Это действительно сложный вопрос. Тут надо знать всю подноготную, чтобы однозначно ответить. А я, естественно, такой информацией не располагаю.

     - По миру удалось уже поездить, помимо "фигуристских" стран?

     - Практически нет, потому что у нас никогда не было времени на отпуска. Большую часть жизни проводили там, где у нас турниры. Поэтому ничего верхъестественного, увы, не расскажу.

     - Всё впереди?

     - Или всё впереди, или пока не могу освободить для этого время. Многие люди собираются и с удовольствием едут куда-то. А я думаю: "Господи, если я сейчас куда-то поеду, у меня вылетят три недели". А три недели - это очень много!

     - Увлечения интересные есть?

     - Таких, чтобы совсем уж крейзи - нету. Я в теннис играю. Раньше, когда летом побольше было времени, вообще играл каждый день, занимался с тренером. Считаю, что для любителя я играю хорошо.

     - Кого обыгрывали?

     - Да многих. Если вы имеете в виду разных актёров, так это даже и не интересно. А ещё я люблю книжки психологические. Вообще у меня давнишняя любовь к психологии, к философии, что-то в этом роде.

     - Тема непростая, в ней ориентироваться нужно. Существует, наверное, какой-то "ваш" автор?

     - Зеланд, такой есть, мне очень понравился его "Трансерфинг реальности". Это такая настольная, почти детская книжка, которая может всем пригодиться.

     - На кино времени, я подозреваю, "много" остаётся...

     - Кино вообще не смотрю. За всю жизнь в кинотеатре я был всего четыре раза. На DVD тоже не получается. Я включаю телевизор и думаю: "Ну, вот сейчас посмотрю кино". Заканчивается это всё тем, что вскоре я переключаюсь на новости, на футбол, на хоккей, на что-то живое...

     - Болельщик в вас живёт и побеждает?

     - Конкретно "моих" команд нет, но болею буквально везде и за всё. Вообще больше я по сборным ориентируюсь, но там понятно, за кого я болею, - за Россию. Если о клубных пристрастиях речь, то я сам из Питера и за "Зенит" болею. А на кино времени, честное слово, не остаётся, не могу на него тратить драгоценные часы. Разве что старые добрые советские фильмы - это да, это классика. Особенно если это Гайдай. Но всё, что есть современного, - не для меня. Я вообще не знаю ни одного нового российского фильма толкового. А уж эти сериалы немыслимые или фильмики ширпотребовские с какими-то актёрами, которые и сами ещё толком не поняли, что они актёры... Я вообще бегу от этого, потому что там чистая коммерция и ничего более.

     - С кем знакомы из российских политиков?

     - Я очень много кого знаю и очень много с кем общаюсь.

     - А можно ли сказать, что вы - гражданин мира?

     - По натуре, вы имеете в виду?

     - Да, к примеру, как Сергей Бубка, который может жить где угодно, его везде привечают, все знают...

     - Ну, я не думаю, что Бубку хорошо знают. Вот пусть он поедет в любую холодную страну, к примеру в Норвегию, и спросит там: "А кто такой Сергей Бубка?" Уверяю вас, он потерпит фиаско. А я, наверное, в душе - чистый рашенок. И жили мы в Америке, и готовились к Олимпиаде в Америке, но это всё не для меня. Я люблю Россию, люблю наш российский подход ко всему, я хочу жить в России. На самом деле я люблю тех людей, которые живут в нашей стране, потому что они намного душевнее, намного ярче, колоритнее проживают свою жизнь, хотя проблем у них, может быть, даже и больше. Вся их совокупная жизнь - намного колоритнее, ярче, интереснее. Они её "проживают" - на самом деле... Я не могу сказать, что у нас люди, даже идя на свою работу, делают её только за эту вот зарплату, которую им дадут, чтобы расплатиться с какими-то своими долгами. Они просто живут. И у многих, конечно же, недостаточно средств для существования, но они всё равно просто живут, просто радуются, просто видятся со своими друзьями. И нет этого прагматичного американского подхода: так, я иду сегодня на работу, чтобы успеть сегодня же заплатить кредит за телевизор, за пылесос или за дом. И, конечно, хочется более спокойной и более ровной жизни для всех в России. Но на это нужно время.

     - Какой женский подарок - вам - запомнился больше всех?

     - Картина. Девушка нарисовала такого озорного олимпийского Мишку, только с моей вот такой вот чёлкой и с коньками. Мне всё это невероятно понравилось.

     - С вещими снами "виделись"?

     - У меня постоянно какие-то вещие сны или вещие мысли крутятся, потому что всё, о чём я обычно думаю, рано или поздно сбывается. Поэтому вообще всё у меня вещее.

     - Вы оптимист?

     - Нет. Я - жуткий оптимист.

     - Скорее, сова...

     - Сова - однозначно. От жаворонка во мне нет ничего. Конечно, если необходимо, могу встать в любое время. Но только это "сильно надо" я очень часто в себе зажимаю и говорю, что мне это не надо.

     - А выпить - надо?

     - Вообще алкоголь не пью. Уже семь месяцев. Раньше выпивал, как и любой нормальный человек. Но решил от него отказаться. На него тоже нет времени.

     - Поделитесь какой-нибудь красивой мудростью.

     - Я очень люблю такую фразу: "Все события, которые происходят с нами, нейтральны. Не нейтрально только наше к ним отношение". Я думаю, что очень-очень многое в этом заложено.

     - Верите ли вы в Бога?

     - Я не еретик. Но я не могу сказать, что я до такой степени верующий, что буду ходить в церковь и читать молитвы, - подобного нет. Но, повторюсь, я не еретик, я признаю религию однозначно.

     - Один из любимых праздников...

     - ...которого у меня никогда не было. Это Новый год. Мы всегда первого числа где-нибудь выступали, и Нового года по-настоящему практически не получалось. Но он мне очень нравится, он ассоциируется у меня с твёрдой копчёной колбасой, салатом оливье и мандаринами.

     - А восьмое марта?

     - Вообще не расцениваю этот день как праздник, потому что меня никогда не было в этот день в стране, поэтому я только и делал, что звонил всем без перерыва и поздравлял, поздравлял, поздравлял...

     - То же самое, наверное, и 14 февраля?

     - А что за 14 февраля?

     - Святой Валентин.

     - А, ну до этого я ещё не дорос!

Чтобы посмотреть фотографии в большом формате, нажмите на них

Игорь Рудик, фото автора
газета "Конкурент", 10 января 2007г.

 

ГлавнаяО Лене и АнтонеФотоальбомСтатьи и сюжетыПоклонникиВидеоархив 
ГостеваяФорумCсылки

Хостинг от uCoz