Елена и Антон-профессионалы на льду
Программа «Своими глазами»
Программа «Своими глазами» 

 

<Антон>

Ванкувер-2010: как судят фигурное катание

Антон Сихарулидзе, председатель комитета ГД по физической культуре и спорту

О.БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день. Это программа «Своими глазами». В студии телекомпании RTVi и радио «Эхо Москвы» Ольга Бычкова и Софико Шеварднадзе.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: И сегодня у нас Антон Сихарулидзе в гостях. Мы будем говорить о том, что происходит на Олимпиаде в Ванкувере. Добрый вечер вам.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Добрый вечер.

О.БЫЧКОВА: Ну, все знают, кто такой Антон Сихарулидзе. Я только добавлю, что он еще - это менее важно, конечно, для нас, чем олимпийский чемпион - председатель комитета ГД по физической культуре и спорту. Ну, вы больше себя сейчас спортсменом или депутатом ощущаете? Софа пыталась у вас спросить об этом перед эфиром. Ответа мы не поняли.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, я скажу, что я депутат, при этом спортсмен.

О.БЫЧКОВА: Ну вот, мы вас будем, конечно, прежде всего о том, что там происходит вокруг Евгения Плющенко. И у нас пришло большое количество вопросов на сайт «Эха Москвы» в интернете. Мы начнем с этого, по крайней мере, и будем вас пытать, пока вы нам все не объясните.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Хорошо.

О.БЫЧКОВА: В народе говорят следующим образом, я недавно слышала: «Плющенко засудили». «Как засудили?» «Он получил серебро на Олимпиаде в Ванкувере». Вообще, само по себе это совсем не худший результат.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, если говорить о Жене Плющенко и его выступлениях, то, конечно же, для его уровня катания и для него как для спортсмена серебряная медаль не является победой. Мы, конечно же, благодарны ему за то, что он смог подготовиться и подарить нам серебряную медаль, но для него самого это, конечно же, не максимальное достижение. Теперь то, что касается судейства. Ну, прежде всего, я скажу так. Если бы я судил эти соревнования, то я бы имел все основания Женю ставить на первое место. Больше того, я уверен, что судьи, которые судили там, в Ванкувере, тоже имели все основания. Но, к сожалению, они имели, видимо, все основания поставить и соперника Жениного, Лайсачека, на первое место. Тем более, что это произошло. Основная причина, на мой взгляд, это несовершенство судебной системы, которое есть сегодня в современном фигурном катании. Система эта работает не так давно.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Так это новая система?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Да, это новая система. Старая система была очень понятна всем хотя бы по оценкам. Это было 5,9-6,0, как мы любим говорить. Ну и вообще, понимание было намного проще того, что спортсмен выполняет, за что ты ставишь оценки и за что ты их снимаешь.

О.БЫЧКОВА: Они изменили разве не на вас буквально?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ее изменили после 2002-го года, Олимпийских игр в Солт-Лейк-Сити.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А в чем существенная разница?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Разница большая. На мой взгляд, прежде всего, на сегодняшний день выбраны неправильные приоритеты, особенно если мы говорим о мужском фигурном катании. Что всегда ценили болельщики и специалисты в мужском одиночном катании? Прежде всего, многооборотные прыжки. Я вам больше того скажу - даже если сейчас прийти в любую спортивную школу фигурного катания, к детям и сказать: «Вася, кто из вас лучше катается - ты или Коля?» Он скажет: «Я». И ты его спросишь: «А почему?» Он скажет: «Потому что я прыгаю три двойных прыжка, а Коля один». То есть в мужском одиночном катании всегда уровень твоего мастерства определялся владением многооборотными прыжками. И на сегодняшний день максимальное, что может сделать человек, это четверной прыжок. Четверной прыжок на этих соревнованиях исполнил один Женя в каскаде с тройным прыжком. Это очень сложно. И другие спортсмены его не выполняют. Но такова система оценки этого четверного прыжка, что Женя не получает как бы за него достаточного количества баллов. То есть, на мой взгляд, сейчас необходимо внести определенные изменения для того, чтобы четверной прыжок стоял как бы обособленно. То есть спортсмен, который выполняет четверной прыжок, он за него получает намного больше, недели сейчас. И если бы, например, на 1,5-2 балла оценивался выше четверной прыжок, то уже сейчас бы Женя выиграл. А так как этого нет, поэтому, наверное, судьи имели какие-то основания для того, чтобы по-другому оценить Женино катание.

О.БЫЧКОВА: А раньше как было?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Раньше как раз таки прыжки были основным. Основной критерий - это многооборотные прыжки. Почему Женя Плющенко, Леша Ягудин на Олимпийских играх в Солт-Лейк-Сити прыгали в одной программе по два четверных. То есть сейчас, например, современным спортсменам в мужском одиночном катании это просто не снилось. Больше того - они не могут на тренировке их прыгнуть, не то что в самих соревнованиях. Но эта система была разработана. На мой взгляд, она в действительности ближе к тому, чтобы североамериканские спортсмены побеждали, потому что в прыжковой подготовке они, конечно же, отстают от наших ребят, а вот шаги, вращения - это всегда был их конек. И теперь, получается, приоритетом являются как раз связки между прыжками, то есть это шаги…

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Антон, но если Плющенко знал уже об этом новом судействе, он не мог добавить пару связок и шагов, подстраховаться - четверной, еще шаги, и медаль тогда гарантирована?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, это очень непростой тоже вопрос. Когда ты вставляешь в программу четверной прыжок, то на него уходит столько концентрации и энергии, что в дальнейшем ты не можешь, например, сделать еще десяток прыжков, например. Точно так же можно было сказать, например, про Лайсачека. Если бы он попытался прыгнуть четверной прыжок, вообще неизвестно, как бы дальше он откатал свою программу. Потому что сама суть, что ты идешь на этот четверной прыжок, во-первых, создает у тебя десятикратное волнение, во-вторых, десятикратную концентрацию, и у тебя, получается, очень большой процесс энергии уходит только на один прыжок, и как ты там дальше откатаешь свою программу, уже никому не известно. У тебя и меньше сил, и меньше концентрация, и вообще в 10 раз больше волнение перед самой программой. Поэтому тут можно мячик кидать в одну и в другую сторону. Но еще раз повторюсь: я считаю, что не совершенно правильно выбрано направление, в котором должно развиваться именно мужское фигурное катание. На мой взгляд, оно должно больше развиваться в такую атлетическую сторону, в спортивную сторону, где мальчишки будут именно прыгать четверные прыжки - то, что не могут сделать другие. Этого не могут сделать пары, этого не могут сделать танцы, этого не могут сделать девушки. Чтобы каждый вид фигурного катания имел свой приоритет. И как раз таки, например, я соглашусь с тем, что шаги, связки, может, даже вращения имеет смысл вставлять как приоритетные в танцах на льду, потому что они не могут прыгать, они не могут делать высокие поддержки. Но ни в коем случае не в мужском одиночном катании. И именно поэтому, мне кажется, сейчас такой курьез и произошел. Я считаю, что основная причина - несовершенство судейской системы. И, на мой взгляд, неправильно выбранные приоритеты развития именно мужского катания.

О.БЫЧКОВА: Но вот вы же выигрывали по этой системе?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Нет, я выигрывал по предыдущей системе с оценками 5,9-6,0. Кстати, даже то, что изменили саму систему оценок, на мой взгляд, тоже не является абсолютно правильным. Ведь фигурное катание развивается и вообще живет не для того, чтобы судьи выставляли оценки, а для того, чтобы в том числе и зрителям было интересно смотреть. Так вот, когда оценки были 5,9 и 6,0, каждый человек, который наблюдал за соревнованиями в фигурном катании, был соучастником.

О.БЫЧКОВА: Он понимал, что происходит.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Он сидел и говорил: «Так, здесь он упал, здесь он сделал тройной, здесь четверной. Так, я ставлю 5,8-5,9». Второй зритель говорит: «Нет, я ставлю 5,9-6,0». То есть они вместе с судьями выставляли оценки. И поэтому было очень интересно всем зрителям. Сейчас, с новой системой выставления баллов даже я толком не могу разобраться, потому что невозможно так взять, посмотреть на программу и сразу же оценить. Там целый ряд есть правил. Ты должен менять ребра в шагах, определенное количество оборотов во вращениях, еще и после этого смена ребра в самом вращении. То есть это те вещи, которые глазу зрителя абсолютно не видны. Но зато теперь никто из зрителей не может сказать, кто же из судей какие оценки поставил, потому что выставляется общий балл, и кто конкретно что ставил, ты не знаешь. Насколько я знаю, ты такой протокол можешь получить только по окончании соревнования, ну и, тем более, не зрители, а, конечно же, специалисты.

О.БЫЧКОВА: И понять в нем ничего нельзя.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Конечно. Раньше кто-то поставил оценку ниже, нежели все остальные, все ставят 5,8 и 5,9, а кто-то берет и ставит 5,6-5,7 - тут же негодование, и все понимают, кто это сделал и из какой страны судья. А теперь тем самым они скрыли все. И получилось, что ты не знаешь, кто какие оценки ставит. Я думаю, что, между прочим, это было и основной, может быть, задачей.

О.БЫЧКОВА: А вот Виктор из Тольятти вам как раз об этом вопрос прислал в виде смски. Он пишет: «Уважаемый Антон, все спорят - засудили, не засудили. А знакомы ли вы с таблицами технических результатов оценки элементов катания Плющенко и Лайсачека, которые выдал компьютер? Если да, прощу разъяснить таблицы таким дилетантам, как я», - пишет Виктор. Если можно.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Вы знаете, я не думаю, что нужно сейчас это разъяснять. Потому что действительно очень запутанная таблица. Для того, чтобы хоть какой-то ориентир для наших слушателей обозначить, например, в правилах существует следующее: какое количество прыжков было исполнено после 2-й минуты программы. Каждый понимает, что после того, как ты две минуты уже откатался, у тебя остается еще две с половиной, и делать сложные элементы, конечно же, сложнее - у тебя уже сбивается дыхание, у тебя уже меньше сил, и выполнять элементы сложнее.

О.БЫЧКОВА: То есть чем позже, тем дороже стоит.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Да. Это раз. Существует еще несколько моментов. Но очень много того, что в действительности не понять зрителю. Например, смена ребер в шагах. Для начала нужно объяснить тогда, что такое ребра в коньках, потом, например, крюки-выкрюки, это такие элементы шаговые, которые должны делать спортсмены. В общем, очень много того, что, на мой взгляд, не является обязательным и необходимым. Но теперь это оценивается, и именно ориентируясь на то, как ты это выполняешь, ставятся оценки.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Когда вы катались, эти ребра и крюки не нужно было делать?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Нужно было, только они так не оценивались. Да, тебе могли, например, прибавить за вторую оценку из-за того, что у тебя сложные шаги, или в первую добавить, когда у тебя сложные вращения, но не было конкретного распределения баллов за каждый элемент. Например, что мне сейчас нравится в современной системе - это то, что теперь оценивается качество элемента. То есть раньше строго не оценивалось, с каким качеством ты исполнил прыжок, а теперь это оценивается. И, на мой взгляд, это неплохо. То есть все прыжки должны выполняться чисто, выезды из прыжков должны быть красивыми и очень уверенными. Тогда ты будешь к своему прыжку, к его основной оценке еще получать, например, плюсик. В то же время, если ты его, будем говорить простым языком, еле-еле сделал, то тебе этот прыжок оценивают, но вычисляют определенное количество баллов или десятых за то, что ты его сделал неуверенно и на выезде плохо выезжал.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А за что придрались к Плющенко? Вот невооруженным взглядом, для меня он шикарно станцевал.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, вы знаете, конечно же, это надо смотреть четко судейские протоколы. Больше того - нужно смотреть судейские протоколы, вместе с тем одновременно смотреть видео, где катаются спортсмены, чтобы еще и понять, верны ли отметки в самих судейских протоколах. И, насколько я слышал, основные доводы были следующие. Первое: недостаточное количество шагов и недостаточно сложные, интересные переходы между прыжками. То есть - есть прыжки, есть вращения, а есть еще все, что это связывает. Это как раз переходы. Второе: он проигрывает по вращениям. То есть якобы у него вращения ниже уровня, чем у Лайсачека. Ну и потом, например, насколько я знаю, отмечено в протоколе то, что Лайсачек после 2-й минуты выполнил пять прыжков, а Женя три. Это как раз-таки то, о чем мы только что говорили. В общем, тут много-много различных вводных, но я еще раз говорю: можно подвести итог этому обсуждению про Женю и катание в Ванкувере: ставить можно было Женю легко на первое место, и судьи имели все основания для этого, ровно как можно было это ставить и под вопросом. Но мне, например, несимпатично само направление развития мужского одиночного катания. Во-первых, очень много женственности, очень много такой якобы хореографии какой-то, и очень много уделяется внимания именно шагам. Мне думается, было бы интереснее для всех, если бы в мужском катании больше было атлетизма, спорта, многооборотных прыжков, и это, соответственно, оценивалось.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот Женя сейчас хочет обжаловать результаты. Вам кажется это правильным?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Вы знаете, я первый раз об этом слышу…

О.БЫЧКОВА: Для слушателей и зрителей повторю буквально эту новость, что он собирается написать письмо, совершить какие-то действия, но какие действия и какое письмо, мы не знаем, он не сказал. Но он считает, что чиновникам российским надо задуматься, протест на действия судей следовало подать уже после короткой программы. И так далее. Вот коротко.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Для того, чтобы со всеми основаниями говорить, есть возможность подавать такой протест или нет, больше того - не просто возможность, а может ли этот протест быть выигран нашей страной, есть ли смысл это в принципе делать, нужно внимательно изучать протоколы судейские, тут же смотреть катание, чтобы у нас были железные аргументы. Если такие аргументы будут в соответствии с современными правилами, тогда, конечно же, это можно делать. Если их не будет или они будут недостаточными, то, на мой взгляд, это делать бессмысленно. Я еще раз повторюсь, что, на мой взгляд, проблема даже не в самом судействе и именно на Олимпийских играх, а вообще в несовершенстве системы судейской.

О.БЫЧКОВА: Но будут, будем, будете смотреть, искать аргументы и вот как-то разбираться в этом?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я думаю, что прежде всего это дело Жени, его тренера и, конечно же, Общероссийской федерации фигурного катания. Они должны сейчас, находясь в Ванкувере, это обсудить, и наши специалисты должны обозначить все точки, которые могут повлиять на решение Международной федерации фигурного катания и, исходя из этого, или подавать такую апелляцию, или же в дальнейшем, как мне кажется, подавать свои предложения в Международный союз конькобежцев и говорить о том, что, может быть, нужно посмотреть на развитие мужского одиночного катания с другой стороны, чтобы в дальнейшем не было таких проблем. В общем, это, конечно же, нужно делать им сообща.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Вот вы сами, если б вы были на его месте, вы бы обжаловали результаты? Нету ощущения того, что второе место - это не так плохо, и надо как-то с достоинством терять?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Сложный вопрос. Повторюсь - для этого нужно иметь судейские протоколы. У меня, к сожалению, их нет.

О.БЫЧКОВА: Но вы эмоционально как это оцениваете?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Эмоционально Женя для меня сильнейший фигурист земного шара на сегодняшний день.

О.БЫЧКОВА: А он должен был вот так вот реагировать? Или он должен был гордо замолчать уже и все?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я думаю, что этот вопрос нужно задать Жене, и только он может для себя определять, как он хочет и должен реагировать на определенное влияние извне.

О.БЫЧКОВА: А вы бы как сделали?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я бы сначала попал в эту ситуацию, а потом бы решал.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Американец вам понравился? Вы же видели, как он катался?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Американец прогрессировал с тех пор, как я его последний раз видел. И он достойно выступил. Больше того - он был достойнейшим соперником для Жени.

О.БЫЧКОВА: Вот у меня тут вопросов очень много накопилось в виде смсок. Ася пишет: «Хорошо. Но Плющенко прошлые игры выиграл в Турине по этой же новой системе». Так же, как Влад941: «Получил золотую медаль, и тогда не было претензий, в Турине».

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, я помню соревнования в Турине. И тогда претензий этих не могло быть, потому что в тот момент Женя катался вообще на три головы выше всех своих соперников по всем показателям. И, как я и сказал, американец, мне кажется, за эти 4 года действительно очень здорово прогрессировал и в этот раз уже был достойнейшим соперником для Жени.

О.БЫЧКОВА: А вот Ильдар как раз спрашивает: «Почему вы с 2002 года не настаивали на недостатках системы судейства, а начали активно критиковать только сейчас, когда Плющенко проиграл?»

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ильдару имеет смысл внимательно слушать нашу передачу, потому что я как раз и сказал, что я катался еще по старой системе судейства, когда были оценки 5,9-6,0, и именно после того, как закончились Олимпийские игры 2002 года, только пришла идея в Международный союз конькобежцев изменить систему оценки. Поэтому я по этой системе не выступал ни одного раза.

О.БЫЧКОВА: Катя спрашивает: «А есть ли сейчас мальчики, которые в будущем будут прыгать четверной?»

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Конечно же, есть такие молодые люди, которые смогут в будущем прыгать четверной.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Но вы придерживаетесь мнения Мишина, что вообще будущее фигурного катания - это четверные прыжки и без этого прыжка вообще оно не должно существовать больше?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Будущее мужского фигурного катания, конечно же, должно идти в прогрессе вместе с прогрессом в исполнении многооборотных прыжков, в том числе и четверных.

О.БЫЧКОВА: Стас спрашивает: «А пробовал ли кто-нибудь пятерной прыжок?» Вы нас простите, дураков, вы нам ответьте, пожалуйста, со Стасом.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Пятерной прыжок - нет, но пробовали четыре с половиной.

О.БЫЧКОВА: Это возможно, да?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я думаю, что Жене это возможно.

О.БЫЧКОВА: А вы пробовали?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я не пробовал и четверной, потому что у меня для этого не хватает способностей.

О.БЫЧКОВА: А что вообще должен делать человек, чтобы вот так себя закрутить? Я даже представить себе не могу, как это делается.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Для того, чтобы так себя закрутить, человек должен с 4-х лет тренироваться по 5-6 часов в день.

О.БЫЧКОВА: Как проклятый.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: И, может быть, он сможет себя закрутить.

О.БЫЧКОВА: А может, и нет, кстати. Да? Вот еще тут спрашивают: «А может быть, - пишет Анна, - просто не захотели дать второй раз русскому олимпийскую медаль». Как вы к этой версии относитесь?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Да, это как раз такие наверняка и есть основная причина, почему Женя в этот раз стал вторым. Конечно же, для североамериканцев было очень важно, чтобы именно представитель Северной Америки выиграл зимние олимпийские игры, которые тоже проходят в Северной Америке. Это очень важно и для бизнеса внутри страны, потому что бизнес фигурного катания, бизнес ледовых шоу очень большой, и, конечно, для того, чтобы большее количество зрителей приходило, очень важно, чтобы американцы и канадцы побеждали в этих соревнованиях, потому что американский и канадский зритель очень любит ходить и смотреть на своих спортсменов. При этом, конечно же, они любят и наших ребят, но их распирает гордость, когда именно свои ребята побеждают. Тем более, что с 1988 года ни американские, ни канадские одиночники не выигрывали олимпийских игр. Последним был Брайан Бойтано в Калгари.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть вы разделяете это мнение наших госслужащих, что там некий заговор против российской сборной?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Не заговор. Но, конечно же, было сделано все для того, чтобы выбить Женю из колеи и сформировать такое мнение среди судей, что у него есть определенные ошибки. Этим очень плотно занимались СМИ еще до самих игр и в процессе самих игр. Поэтому было сделано все для того, чтобы Женя стал вторым.

О.БЫЧКОВА: А как выбить из колеи? А как они его выбивали, например?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, очень просто это делать. Ведь вся информация, которая крутится вокруг тебя, она все равно до тебя доходит. И были тысячи статей, где разбирались Женины программы по маленьким кусочкам, где говорилось о том, что его катание уже устаревшее, что это вообще за такие приходы и уходы, фигурное катание якобы ушло вперед, он живет вчерашним днем. То есть это в действительности не имело оснований. Но когда это идет массированно, вы сами понимаете, что это вкладывается в головы тех людей, кто это читает.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Ну да, собственно, я слышала, как он выступил ровно после того, как мы поняли, что он занял второе место. И он был отчаянным, немножко злым и говорил, что, наверное, он уйдет из большого спорта. Как вы думаете, он должен уйти из-за этого?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Нет. Я как раз таки думаю, что после того, что сейчас произошло, Женя должен остаться и выступит в Сочи. Точнее, не выступить, а выиграть. И у него для этого есть все. Он суперталантливый человек, он фантастический спортсмен. И теперь у него будет полных четыре года - он сможет так себя подготовить, чтобы в Сочи ни у кого не возникло никаких вопросов.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А сколько ему будет лет уже в 14-м году?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: По-моему, 31.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть в 31 еще можно кататься?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Жене - можно.

О.БЫЧКОВА: Вот это именно его, да?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я думаю, что это было бы самым разумным решением. И я верю в то, что он действительно это может сделать. И уж тогда, через 4 года, он действительно докажет, что все разговоры о том, кто хороший, кто плохой, кто вернулся, кто остался, останутся за бортом. Он выйдет и выиграет у всех, будет кататься на три головы выше, и тогда уже все разговоры закончатся.

О.БЫЧКОВА: Хорошо. Мы сейчас сделаем перерыв на несколько минут буквально в программе «Своими глазами». Антон Сихарулидзе у нас в студии прямого эфира. Тут продолжают идти вопросы в виде смсок, их немереное количество. Мы сразу просим прощения у тех, на чьи вопросы наш гость не успеет ответить. Просто физически невозможно. Продолжим.

О.БЫЧКОВА: И мы продолжаем программу «Своими глазами». Антон Сихарулидзе в студии телекомпании RTVi и радио «Эхо Москвы». Мы говорим, конечно, о том, что происходит на Олимпиаде в Ванкувере. Ответьте домохозяйке из России, у нее ник Путинка - я не знаю, на каком слоге ставить ударение: «Есть ли шансы у Домниной и Шабалина? Вчера они должны были быть вторые, их поставили на третье место» и так далее. Вот дальше у нас там какие перспективы вообще?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Сегодня будет произвольная программа. И, к сожалению, наш танцевальный дуэт сейчас находится на третьем месте. Бороться им будет очень сложно. Я еще до открытия этих Олимпийских игр говорил про свои предположения в танцах на льду. И, на мой взгляд, они должны будут сегодня откататься лучше, чем они умеют, чтобы побеждать. Очень серьезный канадский дуэт, очень здорово катаются американцы. А если это еще и совместить с тем, что Олимпиада проходит в Канаде и с общей обстановкой вокруг России, я имею в виду спортсменов российских, и то, как раз о чем мы говорили до перерыва - с необходимостью для североамериканцев своих побед для бизнеса в фигурном катании, я думаю, что это сделать будет очень сложно. Должны сложиться все слагаемые. Прежде всего, ребята должны откататься безукоризненно. Американцы и канадцы должны делать ошибки.

О.БЫЧКОВА: Как можно больше причем.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Да, чем больше, тем лучше. Так нельзя говорить, но…

О.БЫЧКОВА: Вам нельзя, а нам можно.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: И общая обстановка тоже.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Ну, про общую обстановку все понятно сейчас. Поэтому, я думаю, что непосильная задача - побеждать.

О.БЫЧКОВА: Вот смотрите, тут, например, спрашивает еще человек: «Есть ли связь успехов американских фигуристов с тем, что наши тренеры в 90-х годах были вынуждены работать в Штатах? Александр».

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Конечно. И не только в 90-х годах. Например, сейчас у канадского дуэта тоже русский тренер - Шпильбанд, и хореограф русский - Зуева. И у американцев тоже тренер русский - Линичук. Поэтому связь не просто есть, а это впрямую заслуги наших тренеров. И в те годы, когда они уехали из России и начали работать в США, здесь, конечно же, для них не было никаких условий, и это чистая правда.

О.БЫЧКОВА: Сложно их обвинять в этом.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Их вообще невозможно обвинять. Они действительно здесь пропадали и никому были не нужны. Они уехали туда, начали работать, начали, во-первых, зарабатывать достойные деньги за свою работу. А во-вторых, начали выращивать тех спортсменов, которые к ним обращались за такой помощью. И вот теперь мы имеем результаты.

О.БЫЧКОВА: Потому что плохо работать они не умеют.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Если у всех американцев и канадцев русские тренеры, почему они тогда не могут делать четверные прыжки?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Потому что у этих спортсменов не хватает мастерства для того, чтобы это делать. Но танцы на льду - это совсем другое. И в танцах сейчас и канадские, и американские дуэты абсолютно конкурентоспособны, и Шпильбанд смог их подготовить очень здорово за вот эти последние 10 лет, и теперь они становятся лидерами.

О.БЫЧКОВА: Тут еще, конечно, вся эта история вокруг Плющенко эмоционально, конечно, связана с тем, что, несмотря на все предыдущие годы, на трудности предыдущего десятилетия и сейчас тоже, все равно не привыкли наши зрители к тому, что мы проигрываем на этом льду.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: По всей видимости, Женя тоже к этому не привык. О

.БЫЧКОВА: Ладно Женя, но не привыкли люди к тому. Мы же всегда знаем, что все пьедесталы занимают наши ребята.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Знаете, я скажу так - мы не привыкли не только к тому, что проигрывают фигуристы, но и все остальные спортсмены. Больше того - я не хочу, чтобы мы к этому привыкали.

О.БЫЧКОВА: Но, тем не менее, то, что сейчас происходит, это надолго?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я не знаю насчет того, надолго или нет, но я уверен, что эта ситуация должна меняться, причем кардинальным образом. И то, что сейчас происходит в спорте, конечно же, не может нас устраивать - ни зрителей, которые смотрят соревнования и видят результаты, ни нас, специалистов, которые работают в отрасли. Больше того - определенные позывы были уже давно. Вот, например, если говорить в общем о результатах и о подготовке нашей команды, то имеет смысл посмотреть на динамику результатов наших спортсменов на Олимпийских играх трех последних олимпийских циклов. Нагано: общекомандное третье место, очень достойное выступление, но уже не первое. Сол-Лейк-Сити, 2002-й год: пятое общекомандное место. То есть уже регресс. Турин, 2006-й год: четвертое. Тоже нельзя сказать, что это то место, которое должна занимать наша команда именно на зимних олимпийских играх. На мой взгляд, именно в зимних видах спорта мы должны быть мировыми лидерами. И сейчас речь должна идти не о том, чтобы пытаться неимоверными усилиями добывать эти медали и потом нашим функционерам спортивным так же пытаться их подсчитать и сказать, какие же мы все-таки, 10-е или 12-е. Это вообще не разговор. Мы должны говорить о том, что мы должны быть мировыми лидерами в зимних видах спорта. Для этого у нас есть все, начиная от климата, заканчивая школой, традициями, спортсменами и тренерами. Как? Для этого нужно было, во-первых, уже несколько лет назад бить тревогу, что ситуация уходит из-под контроля. Прежде всего, нужно и нашим представителям Олимпийского комитета России, и Общероссийской федерации, и сейчас уже Минспорта и туризма уметь делать анализ выступлений, а самое главное - делать его честно. Не тот анализ, который ты хочешь увидеть, а тот анализ, который в действительности существует, и те выводы, которые необходимы. Что происходило, например, на предыдущих олимпийских играх, когда мы уже не попадали в тройку? Уже 8 лет мы в тройку не попадаем. Кстати говоря, если обратиться к результатам наших сборных команд по зимним видам спорта за прошедший сезон, чемпионаты мира, которые прошли в прошлом сезоне, так мы заняли общекомандное 9-е место!

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: То есть вам кажется, что больше все-таки люди из спортивной федерации, чем спортсмены сами?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Секунду, я свою мысль не закончил, извините. И если говорить про анализ, то необходимо учитывать следующее. Да, мы, например, в Солт-Лейк-Сити заняли 5-е общекомандное место. Но ведь необходимо еще и смотреть, в каких видах спорта мы завоевывали золотые медали. Если в Солт-Лейк-Сити и в Турине 50% всех золотых медалей - это два вида спорта: фигурное катание и биатлон, например, это не говорит о том, что у нас все в порядке это. Говорит о том, что в этих двух федерациях - фигурного катания и биатлона - в действительности в этот момент все хорошо, и можно этим гордиться. Но в 15-ти видах спорта, по которым разыгрываются медали на олимпийских играх, 86 дисциплин. Так что с остальными? А мы говорим: «Так, мы стали 4-ми или 5-ми - значит, уже неплохо, уже где-то мы тут держимся». А по сути получается, что основную массу этих медалей, 50%, принесли два вида спорта, а остальные просто отсутствуют. И именно поэтому я сейчас и призываю после окончания этих зимних олимпийских игр не делать выводы и анализ, который бы просто устроил двух людей. На сегодняшний день, кстати, если говорить о том, что происходит с чиновниками, то я не слышал ни одного специалиста в нашей отрасли, ни одного спортсмена, который бы не говорил о том, что необходимы перемены, начиная от кадровых, заканчивая самой системой подготовки спортсменов. Пока что я слышал, что только два человека говорили о том, что не надо торопиться, и вообще все нормально. Это президент Олимпийского комитета и Виталий Мутко. Они сейчас говорят о том, что все еще будет. Но точно так же они говорили до открытия Олимпийских игр, что мы будем в 52-х дисциплинах бороться за медали. Опять же, это уже изначально было неправильным. Потому что для того, чтобы делать анализ, нужно понимать, как его делать. И если ты считаешь, что спортсмен, который занимает 10-е место или 7-е место, будет бороться за медали, это только ты так считаешь. Я считаю как спортсмен, что за медали борются максимум пять человек. Вот если ты в пятерку в мире входишь, то ты готов бороться за медали. Все остальное - это уже другой эшелон, это уже второй эшелон. А если мы говорим о том, что у нас 52 дисциплины, в которых мы готовы бороться за медали, то это просто мы сами себя успокаиваем. На мой взгляд, мы должны очень честно смотреть на то, что происходит. И если говорить про ситуацию сегодня, то, конечно же, мы не можем быть мировыми лидерами в зимних видах спорта, если у нас нету стабильных результатов в таких медалоемких видах спорта, как горные лыжи, конькобежный спорт, шорт-трек, лыжные гонки, биатлон, то есть те виды спорта, где разыгрываются десятки золотых медалей. А у нас как раз стабильности в этих видах спорта нет вообще. Если говорить, например, про шорт-трек, в котором разыгрывается 8 золотых медалей, это большое очень количество, так не надо самих себя обманывать - у нас ни сборной нет, ни вид спорта не развивается вообще. Кто когда-либо что-либо слышал про шорт-трек? Но мы, если мы претендуем на то, чтобы быть мировой спортивной державой, не только должны это голословно заявлять. Мы должны делать что-либо, а точнее, работать 24 часа, чтобы к этому идти. И без результатов в таких видах спорта, где разыгрывается 8, 10, 12 комплектов наград, это сделать невозможно. Что происходит сегодня? Сегодня многие начинают говорить - вот, спортсмены не смогли выступить. Ну, я ручаюсь каждому из наших радиослушателей, что каждый спортсмен, который приезжает на олимпийские игры, хочет показать и делает все для того, чтобы показать свой лучший результат. Другого не бывает. А вот для того, чтобы он смог показать результат не только лучший для себя, а результат конкурентоспособный с остальными сильнейшими спортсменами, он должен быть подготовлен к этому. Как говорят в спорте, его нужно подвести к соревнованиям. А самое главное - подвести спортсмена к олимпийским играм. Потому что в каждом виде спорта олимпийские игры - это венец всего, что происходит.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А как его надо подвести?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: И вот подводят его к этим соревнованиям в течение нескольких лет. Кто этим занимается? Этим должны заниматься общероссийские федерации совместно с тренерами, которые работают с этими спортсменами, и, конечно, совместно с Олимпийским комитетом, который должен координировать эти действия, ну и, конечно же, под приглядом Министерства спорта, туризма и молодежной политики, коли оно у нас появилось. Это должна быть совместная работа. И только так можно будет достичь результата. Больше того - у нас бытует мнение: значит так, как только команда выезжает на олимпийские игры, это уже Олимпийский комитет отвечает. Я считаю, что это совершенно неправильная ситуация. Олимпийский комитет России должен участвовать в этом процессе всегда. Что такое олимпийская команда? Это та же сборная команда, которая выступает на протяжении всех лет, и только за неделю до Олимпийских игр она становится олимпийской, у нее появляется название «олимпийская». А в принципе, это та же сборная команда. И те ребята, которые сейчас борются за медали в Ванкувере, это та же сборная команда, которая, грубо говоря, вчера боролась на чемпионате мира. И нельзя говорить так, что вы тут делайте свое дело, а вот перед олимпиадой мы будем называть ее олимпийской и она под нашими знаменами будет выигрывать олимпийские медали. Победу нужно подготавливать. И подготовить ее не может ни одна федерация отдельно от Олимпийского комитета или Минспорта, ни другая федерация отдельно от всех остальных заинтересованных лиц. Это должно быть совместное произведение. Победа дается сейчас очень сложно. Но ситуация, которая складывается сейчас, например, во всероссийских федерациях и в Олимпийском комитете России, для меня кажется просто дикой. Конечно же, все начинается с головы. Это руководство как федераций, так и Олимпийского комитета России. На сегодняшний день выборы руководителей в этих общественных организациях происходят по принципу: ты мне - я тебе.

О.БЫЧКОВА: Это как?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Десятилетиями одни и те же люди избираются. Их же не назначают. Это же общественное объединение. Их не назначают, они избираются внутри. Больше того - круг людей, которые избирают, тоже десятилетиями не меняется, и эта ситуация не может нас не волновать.

О.БЫЧКОВА: То есть они живут своей жизнью.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Это просто своя внутренняя жизнь, и каждого из них она устраивает. После каждого олимпийского цикла находятся определенные отговорки, почему мы не первые, а пятые, почему мы не первые, а четвертые, и дальше происходят опять очередные перевыборы, и все в порядке становится. Но, на мой взгляд, чтобы эта ситуация изменилась, необходимо просто разогнать эти спортивные кланы, которые не дают развиваться спорту.

О.БЫЧКОВА: Разогнать конкретно какие структуры?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Начиная от руководства всероссийских федераций, заканчивая изменениями в руководстве Олимпийского комитета России. В противном случае мы никогда не добьемся результата. Мы должны поменять отношение к делу. Это должно быть совершенно другое отношение. Сейчас отношение халатное. Больше того - кандидаты на эти посты должны обладать профессиональными знаниями. Более того - это должны быть современные профессиональные знания. Они должны быть успешными именно сегодня не 20 лет назад, а сегодня.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: Действующие спортсмены, вы имеете в виду?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Почему действующие спортсмены? Руководители. Они должны обладать современными знаниями, современными методиками. Это должны быть вообще другие поколения людей. Потому что спорт настолько быстро и активно развивается, что мы не успеваем за тем, как развивается он в других странах, за тем, какие появляются методики, затем какие появляются система подготовки. И этим всем нужно владеть. Поэтому все те разговоры, которые ведутся сегодня по поводу кадровых изменений, по поводу изменения отношения к работе и системных изменений, я поддерживаю.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А кто должен назначать кандидатов? Может, сами спортсмены должны говорить, что мы хотим вот этого-то и этого?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Вы знаете, на сегодняшний день общероссийские федерации и Олимпийский комитет России - это общественные организации, и выборы проходят внутри этих общественных организаций. Любое влияние государства на эти общественные организации воспринимается очень негативно со стороны МОК, потому что в Олимпийской Хартии говорится о том, что вмешательство государства в дела общественных объединений непозволительно. Соответственно, здесь нужно говорить о том, чтобы сами члены и Олимпийского комитета России, и региональные члены всероссийских федераций ответственно подходили к своему выбору. В противном случае будет получаться, как сейчас: они сами избирают и тут же приходят ко мне, например, говорить, что этот руководитель не способен ничего сделать, буквально через два часа после выборов.

О.БЫЧКОВА: Так а почему они должны вдруг резко как-то поменять свое поведение, если до этого они делали по-другому?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: На мой взгляд, среди этих людей есть очень много достойных и настоящих специалистов. Сейчас они это делают, потому что им рассказывают, что кто-то там наверху это решил, и, значит, вот эта позиция согласована, поэтому тебе нужно обязательно так-то и так-то голосовать. Пора прекратить бояться. Пора прекратить выслушивать вот эти истории о том, что кто-то что-то решил. Ведь сейчас уже ситуация критическая. Мы будем принимать зимние олимпийские игры в 2014 году. Перед нами стоит только одна задача: побеждать в общекомандном первенстве. Для того, чтобы побеждать в общекомандном первенстве, наша команда должна от олимпийского цикла к олимпийскому циклу, а теперь уже от года к году прогрессировать. Но на чем может быть основан этот прогресс, если ни отношение к делу, ни сами кадры не меняются? Откуда может появиться прогресс? Он же не может просто по мановению волшебной палочки возникнуть.

О.БЫЧКОВА: Ну так в Сочи, значит, будет лажа опять еще больше.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Я как раз говорю о том, что нужно сделать, чтобы мы гордились нашими выступлениями в Сочи, а не чтобы там была лажа. Вот если ситуация будет неизменна, то тогда никто не сможет прогарантировать то, что будет в Сочи. Но мне очень приятно, что сейчас у нас есть консолидированное мнение. Все специалисты отечественные и многие спортсмены уже говорят о том, что необходимы эти перемены. Поэтому я вижу, что представители нашей отрасли начинают переставать бояться, начинают переставать просто слушать и тупо поднимать руку на голосовании. Они уже начинают понимать, что ситуация выходит из-под контроля и необходимы перемены для того, чтобы достигать успехов.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: «Сихарулидзе - в президенты!» - пишут нам.

О.БЫЧКОВА: Да-да. Но я не могу понять, за какую веревочку нужно дернуть, чтобы это пошло? Что, вы как председатель Комитета Госдумы должны, например, что-нибудь написать кому-то…

А.СИХАРУЛИДЗЕ: К сожалению, я думаю, что и Борис Вячеславович, и многие другие руководители знают об этой ситуации, но, к сожалению, здесь надо говорить о том, чтобы сами представители нашей спортивной общественности, которые и голосуют, они были намного более ответственны за свои поступки, чтобы они не боялись, что кто-то их потом уволит или же пожурит. Ведь они голосуют, поймите, это демократический выбор.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А кто может их уволить?

О.БЫЧКОВА: Подожди. Чего они боятся?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Они боятся следующего.

О.БЫЧКОВА: Великие люди, знаменитые, звезды, специалисты, предположим.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Многие из них являются руководителями общероссийских федераций. Многие являются функционерами. И, конечно же, наверное, им рассказывают истории о том, что вот это согласованная позиция, нужно, чтобы было так и так, и если так это не будет, то это отразится на всех нас. Значит, будет сложнее ситуация. И так далее. Я, к сожалению, не знаю, что им рассказывают, почему они делают такие неосмысленные шаги. Но, может быть, и мы до этого времени не смогли донести до них всю сложность ситуации. Мы тоже несем на себе эту задачу. Мы не смогли донести, мы не смогли их убедить, чтобы они честно и очень грамотно подходили к выбору. Ведь необходимо понимать, какие кандидаты перед тобой. Если мы, например, говорим про Олимпийский комитет России, это должна быть организация совершенно другого статуса в России. Это должна быть очень мощная организация. И когда-то, десятилетия назад, она таковой и была. И когда ты говоришь о руководящих органах этой организации, ты должен рассматривать очень внимательно кандидатов на эти должности. И у каждого кандидата должны быть определенные позиции. Нужно понять, чем должен обладать этот кандидат для того, чтобы стать, например, президентом Олимпийского комитета. На мой взгляд, для начала нужно хотя бы говорить о том, чтобы кто-нибудь из руководящих органов говорил хоть на одном официальном языке МОК - или на английском, или на французском. Этого даже сейчас нет.

О.БЫЧКОВА: То есть у них обрублены контакты.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Поэтому говорить о каком-то диалоге очень сложно. Ну, таких сложностей и таких смешных ситуаций очень много.

С.ШЕВАРДНАДЗЕ: А вы говорите по-английски и по-французски?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Да, конечно, я говорю по-английски. К сожалению, я не говорю по-французски.

О.БЫЧКОВА: Но это еще можно выучить. У нас просто остаются буквально считанные 1,5-2 минуты. Скажите, пожалуйста, что должно сейчас произойти в вашей федерации для того, чтобы что-то сдвинулось с места?

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Вы имеете в виду Федерацию фигурного катания? Она не моя ни в коем случае.

О.БЫЧКОВА: Ну, профессиональной, естественно.

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Вы знаете, я могу сказать следующее. После Турина в федерации произошел большой провал. Но он был связан с тем, что все лидеры ушли из спорта. Это даже не относится к работе федерации. Это в действительности просто одним махом все лидеры ушли из спорта. И меня порадовала работа федерации. Если говорить, например, обо всем ходе четырехлетия, то, например, на чемпионате Европы сейчас, совсем недавно, федерацией было завоевано три золотых медали из четырех возможных. Больше того, если мы смотрим, например, на нашу пару Кавагути-Смирнов, они прогрессируют день ото дня, и они сейчас реально конкурентоспособны. То, что они стали четвертыми, да, они не вошли в тройку, но как раз, как я об этом и говорил, четвертый конкурентоспособен, ты борешься за медали. Женя, на мой взгляд, это в любом случае лучший фигурист земного шара. Танцевальный наш дуэт борется за первые три места. К сожалению, пока что отстают девушки. Но эта ситуация для нас не дикая, она была и до этого, только потом появилась Маша Бутырская, появилась Ира Слуцкая, и мы начали привыкать к победам и конкурентоспособности наших девушек. Сейчас пока ситуация слабее, но у нас есть очень интересные юниорки, девушки, которые в действительности готовы развиваться и которые могут в ближайшие четыре года составить серьезнейшую конкуренцию всей мировой элите женской. Поэтому как раз таки если говорить о том, что происходит в Федерации фигурного катания, нельзя сказать, что это самая плохая федерация по ее развитию и по тому, есть ли там прогресс или нет. Как раз таки она работает, и тренеры внутри работают, и есть определенный диалог внутри. То есть я вижу, что происходит положительное движение. Ведь еще 4 года назад, когда закончилась олимпиада в Турине, мы, никто из специалистов фигурного катания, не могли себе даже представить, а что же будет вообще с фигурным катанием в России, откуда возьмутся эти новые звездочки. А они появляются. Это как раз таки очень положительный звонок.

О.БЫЧКОВА: Спасибо. Наше время, к сожалению, истекло. Хотя тут слушатели завалили вас вопросами, мы бы тоже еще продолжали заваливать. Антон Сихарулидзе был в программе «Своими глазами».

А.СИХАРУЛИДЗЕ: Спасибо.

радиостанция "Эхо Москвы", эфир - 22 февраля 2010г.

 

ГлавнаяО Лене и АнтонеФотоальбомСтатьи и сюжетыПоклонникиВидеоархив 
ГостеваяФорумCсылки

Хостинг от uCoz